…Утром аэродром огласился раскатами фронтовой и корабельной балтийской артиллерии. Колесник и его друзья сжимали друг друга в объятиях: началось долгожданное ленинградское наступление. Командование ВВС и КБФ смогло своими глазами оценить эффективность удара балтийских летчиков. Прямыми попаданиями были разбиты доты, штаб гитлеровской дивизии, разбросаны орудия. Нашли свои конец десятки штабных офицеров, их трупы валялись вокруг блиндажа.

Орденами отметил Военный совет КБФ подвиг участников этой операции. Павел Колесник был представлен к присвоению звания Героя Советского Союза.

Выброска разведчиков в тылу противника поручалась немногим — Пяткову, Шаманову, Колеснику… Однажды старый коммунист полковник П. С. Фрумкин привез в полк худенькую светловолосую девушку. Колеснику поручили доставить Галю — так ее звали — в глубокий тыл врага и выбросить на парашюте. Павел и Галя полюбили друг друга. Несколько раз Павел отвозил Галю чуть не в самое логово врага и беспокоился за нее.

В один из вьюжных февральских дней 1944 года, сменяя друг друга, уходили в воздух торпедоносцы. Когда взлетал Колесник, погода совсем испортилась. Сплошная многослойная облачность висела в пятидесяти метрах от воды. Поиск вели на бреющем, в дождь и снег. Угрожало обледенение. 240 минут напряженно всматривались члены экипажа Колесника в мрачные холодные волны и нашли цель. Но и самолет сразу обнаружил враг, и его обстреляли пять сторожевых кораблей, охраняющих транспорт. Лишенный возможности маневрировать по высоте, Колесник тем не менее развернулся для атаки и торпедировал транспорт водоизмещением в 6000 тонн… С многочисленными пробоинами вернулся на базу. И здесь Колесник узнал: только что по радио передали Указ о присвоении Григорию Васильеву и ему звания Героя Советского Союза. Только вот Золотую Звезду Колесник не успел получить…

6 марта 1944 года гвардейцы летели на минные постановки. Надо было закупорить противнику выходы из-военно-морских баз. Встречи с истребителями противника в таких полетах очень часты. Уже все вернулись, а Колесника не было. С ним вместе находились штурман лейтенант Григорий Зименко, стрелок-радист старший сержант Михаил Кулемин, воздушный стрелок сержант Борис Моисеев. Никто не знает, что произошло с экипажем. Очевидно, торпедоносец атаковали фашистские перехватчики. Павлу было всего двадцать шесть лет. Молодым остался он в памяти балтийцев.

О том, что Павел погиб, Галя не знала. Прибыв с очередным заданием, сразу спросила, где Паша.

— Его нет сейчас, — ответил оперативный дежурный, — для вас выделен другой экипаж.

Так приказал отвечать Борзов, чтобы во вражеский тыл Галя летела спокойно. На беду, один штурман не знал об указании командира и на старте выразил сочувствие разведчице. Галя побелела, казалось, она упадет.

— В таком состоянии нельзя идти на задание, — тихо сказал начальник разведки и жестом показал пилоту, чтобы глушил моторы.

— Нет, товарищ полковник, — Галя сквозь слезы попыталась даже улыбнуться, — лететь надо. Я смогу…

Г.Н. Гальченко живет и трудится на Украине. Уже в восьмидесятые годы побывала на Балтике, в волнах которой могила Павла. Да, как сказал поэт Кронид Обойщиков, "У пилотов морских нет могил на войне, словно чайки, они исчезают в кипящей волне". Память о Колеснике и его боевых друзьях, с которыми Галя летала через огненный фронт, жива. В городе Пионерский вместе с Гальченко, штурманами Черных и Ивановым я видел улицу Колесника и улицы имени других первогвардейцев. А потом Гальченко вместе с самыми прославленными героями Балтики вручала комсомольские билеты старшеклассникам 49-й калининградской школы, где каждый отряд носит имя героя Первого гвардейского полка.

Через четыре десятилетия после того вылета Гальченко в прусское логово фашизма я спросил полковника в отставке П. С. Фрумкина, помнит ли Галю.

— Конечно, помню, — воскликнул главный балтийский разведчик Отечественной войны, — Галя более двадцати вылетов в войну имела. Бесстрашная комсомолка! И тот вечер, когда перед посадкой в торпедоносец она узнала, что погиб ее Павел, буду помнить всегда. Хотел заменить ее, но Галя полетела и выполнила задание. Переданные ею разведданные очень помогли флоту…

Галя Гальченко хладнокровно продолжала опасное дело. Волновалась больше тогда, когда провожала других разведчиков. Однажды Вадим Евграфов и Виктор Бударагин принимали на борт нашего разведчика… в форме офицера вермахта с двумя Железными крестами. Он и был немец — участник антифашистского движения. Разведчик шутил, улыбаясь, даже предложил Вадиму и Виктору глоток коньяка из фляги. А Галя не могла скрыть тревоги…

Григорий Васильев

Главным качеством Григория Васильева была решительность.

"Сближайся и бей", — напутствовал Васильев молодых.

— А если огонь?

— Сближайся и бей.

— А если вышел на боевой курс, и такой огонь, что невозможно бить?

— Сближайся и бей, — отвечал Васильев. — Это самый надежный метод атаки.