Читаем Пароль - Балтика полностью

— Отрадно, что и пополнение, пришедшее в полк совсем недавно, показывает мужество в морских сражениях, — продолжал Борзов. — Вот Николай Константюк, он у нас недавно. Но какая выучка! Одно слово — тихоокеанец. Вместе с опытным нашим штурманом гвардии капитаном Петром Кошелевым и гвардии младшим лейтенантом стрелком-радистом Черкашиным он одержал первую и очень важную, внушительную победу: потопил крупный транспорт.

Слушая командира, авиаторы испытывали чувство гордости: в полку растут новые герои. Так получилось, что после берлинской операции, за которую пять летчиков были удостоены звания Героя Советского Союза, на время как бы утихла слава Первого гвардейского. За весь сорок второй год лишь Николаю Челнокову было присвоено это высокое звание, да и то, когда уже перешел в штурмовую авиачасть. Сорок третий год вновь назвал полк главной ударной силой флота — теперь уже на море. Но за весь год лишь одному Василию Балебину вручен орден Ленина и Золотая Звезда Героя.

— Мы должны и можем уничтожать вражеские суда в любых метеоусловиях, при любых обстоятельствах, какими бы сложными и трудными они ни были, продолжал Борзов доклад. — Мы должны непрерывно нарушать вражеские коммуникации, деморализовать противника в его водах. Это наш долг перед Родиной. Технический состав у нас работает замечательно, — Иван Иванович улыбнулся и добавил: — работает не хуже нас, летчиков, все делает, чтобы мы воевали еще лучше…

В прениях выступили техник Лупач, летчик Пономаренко, штурман Иванов. Гвардейцы обещали трудиться и воевать лучше, чем раньше. Николай Иванов заверил, что двадцать шестую годовщину Великого Октября экипаж отметит достойно, "превратив еще несколько надводных фашистских судов в подводные…"

— Уж это мы сделаем, будьте уверены, — сказал Николай под аплодисменты однополчан.

Техник-лейтенант Адамчевский рассказывал, как командир экипажа Юрий Бунимович участвует в подготовке материальной части.

— Хороший пример! — поддержал командир. Юрий Бунимович, придя в полк, настойчиво просил немедленно послать его в бой.

— Самолет, предназначенный для вас, ремонтируется, — отвечали летчику, — отдохните пока.

Бунимович пошел на стоянку, вместе с техником и мотористом включился в ремонт. Самолет получил быстрее да и с новой для него техникой глубже освоился. Скоро Бунимович завоевал славу храбреца, мастера торпедной атаки.

Таких первоклассных летчиков не так уж много на всем флоте. Вот бы сейчас сюда Гречишникова, Плоткина, Трычкова, Пяткова, Фокина, Ефремова. Но нет их. Первые трое погибли, Пятков возглавил отдельную авиационную часть, Ефремов и Фокин — на Черном море вели в бой торпедоносцы. Задача Борзова вырастить новых героев, которые могли бы не только поддерживать традиции, но и создавать свои. И командир твердо решил все сделать, чтобы полк по всем показателям был первым.

Душевно и заинтересованно принял полк пополнение сорок третьего года. Теперь уже бывалые торпедоносцы коммунисты Пресняков, Бунимович, Советский, Иванов, Стрелецкий и другие делились своим опытом с молодежью. С одобрения Борзова командиры и штурманы звеньев в неурочное время и в непринужденной обстановке рассказывали об особенностях полетов на Балтике, о тактико-технических данных нового самолета, которого так ждали в полку, об особенностях его эксплуатации. Провели также вечер: торпедная атака в вопросах и ответах. Рассказы Борзова, Преснякова, Пономаренко — о полетах в сложных метеоусловиях, о тактике и технике торпедной атаки; штурманов Лорина, Чванова, Кошелева и Иванова — о расчетах при выходе в торпедную атаку, стрелка-радиста Кудрявцева — об отражении вражеских истребителей и фиксации результатов бомбо-торпедного удара, несомненно, сыграли свою роль в освоении летного мастерства молодыми летчиками.

Первый полк все теснее взаимодействовал с флотом, что требовало знания военно-морского искусства. Борзов и его летчики часто бывали на боевых кораблях Краснознаменного Балтийского флота и судах вспомогательного флота. И к летчикам приезжал мастер подводных атак Герой Советского Союза Ф.Г. Вершинин, который рассказал о тактике подводных лодок и о боевой практике подводных сил Балтфлота.

Командира во всех начинаниях поддержал заместитель по политчасти Григорий Захарович Оганезов, который вернулся в полк, когда погиб в боевом полете батальонный комиссар Н. П. Бушихин. Вместе с парторгом Николаем Букиным Григорий Захарович направлял усилия на укрепление боеготовности, повышение организованности и дисциплины. Регулярно проводились партийные и комсомольские собрания, а если обстановка не позволяла, то собирался партийно-комсомольский актив. Подводились итоги боевой работы, обсуждалась деятельность каждого члена ВКП(б) и ВЛКСМ.

Коммунисты заботились о продолжении боевых традиций, пропагандировали их, добивались, чтобы подвиги ветеранов служили примером для молодежи. Партийно-" политическая работа эффективно содействовала выполнению новых сложных задач, поставленных перед гвардейцами.

Перейти на страницу:

Похожие книги

10 гениев науки
10 гениев науки

С одной стороны, мы старались сделать книгу как можно более биографической, не углубляясь в научные дебри. С другой стороны, биографию ученого трудно представить без описания развития его идей. А значит, и без изложения самих идей не обойтись. В одних случаях, где это представлялось удобным, мы старались переплетать биографические сведения с научными, в других — разделять их, тем не менее пытаясь уделить внимание процессам формирования взглядов ученого. Исключение составляют Пифагор и Аристотель. О них, особенно о Пифагоре, сохранилось не так уж много достоверных биографических сведений, поэтому наш рассказ включает анализ источников информации, изложение взглядов различных специалистов. Возможно, из-за этого текст стал несколько суше, но мы пошли на это в угоду достоверности. Тем не менее мы все же надеемся, что книга в целом не только вызовет ваш интерес (он уже есть, если вы начали читать), но и доставит вам удовольствие.

Александр Владимирович Фомин

Биографии и Мемуары / Документальное
Адмирал Ее Величества России
Адмирал Ее Величества России

Что есть величие – закономерность или случайность? Вряд ли на этот вопрос можно ответить однозначно. Но разве большинство великих судеб делает не случайный поворот? Какая-нибудь ничего не значащая встреча, мимолетная удача, без которой великий путь так бы и остался просто биографией.И все же есть судьбы, которым путь к величию, кажется, предначертан с рождения. Павел Степанович Нахимов (1802—1855) – из их числа. Конечно, у него были учителя, был великий М. П. Лазарев, под началом которого Нахимов сначала отправился в кругосветное плавание, а затем геройски сражался в битве при Наварине.Но Нахимов шел к своей славе, невзирая на подарки судьбы и ее удары. Например, когда тот же Лазарев охладел к нему и настоял на назначении на пост начальника штаба (а фактически – командующего) Черноморского флота другого, пусть и не менее достойного кандидата – Корнилова. Тогда Нахимов не просто стоически воспринял эту ситуацию, но до последней своей минуты хранил искреннее уважение к памяти Лазарева и Корнилова.Крымская война 1853—1856 гг. была последней «благородной» войной в истории человечества, «войной джентльменов». Во-первых, потому, что враги хоть и оставались врагами, но уважали друг друга. А во-вторых – это была война «идеальных» командиров. Иерархия, звания, прошлые заслуги – все это ничего не значило для Нахимова, когда речь о шла о деле. А делом всей жизни адмирала была защита Отечества…От юности, учебы в Морском корпусе, первых плаваний – до гениальной победы при Синопе и героической обороны Севастополя: о большом пути великого флотоводца рассказывают уникальные документы самого П. С. Нахимова. Дополняют их мемуары соратников Павла Степановича, воспоминания современников знаменитого российского адмирала, фрагменты трудов классиков военной истории – Е. В. Тарле, А. М. Зайончковского, М. И. Богдановича, А. А. Керсновского.Нахимов был фаталистом. Он всегда знал, что придет его время. Что, даже если понадобится сражаться с превосходящим флотом противника,– он будет сражаться и победит. Знал, что именно он должен защищать Севастополь, руководить его обороной, даже не имея поначалу соответствующих на то полномочий. А когда погиб Корнилов и положение Севастополя становилось все более тяжелым, «окружающие Нахимова стали замечать в нем твердое, безмолвное решение, смысл которого был им понятен. С каждым месяцем им становилось все яснее, что этот человек не может и не хочет пережить Севастополь».Так и вышло… В этом – высшая форма величия полководца, которую невозможно изъяснить… Перед ней можно только преклоняться…Электронная публикация материалов жизни и деятельности П. С. Нахимова включает полный текст бумажной книги и избранную часть иллюстративного документального материала. А для истинных ценителей подарочных изданий мы предлагаем классическую книгу. Как и все издания серии «Великие полководцы» книга снабжена подробными историческими и биографическими комментариями; текст сопровождают сотни иллюстраций из российских и зарубежных периодических изданий описываемого времени, с многими из которых современный читатель познакомится впервые. Прекрасная печать, оригинальное оформление, лучшая офсетная бумага – все это делает книги подарочной серии «Великие полководцы» лучшим подарком мужчине на все случаи жизни.

Павел Степанович Нахимов

Биографии и Мемуары / Военное дело / Военная история / История / Военное дело: прочее / Образование и наука