Сталкер бежал на пределе возможностей, чувствовал накатывающую усталость. Дышать становилось труднее, сердце гулко стучало в висках. Хутор приближался, Гриф уже мог различить большой деревянный покосившийся крест у ворот.

Метров сто отделяло его от ближайшей избы, когда позади послышался хрипатый задыхающийся рык. Гриф развернулся и выстрелил дважды. Тварь заметила пистолет, вильнула вправо. Первая пуля прошла мимо, а вот вторая попала в заднюю ногу. С визгом пес покувыркался метра два, затем с яростью вцепился себе в ляжку. Гриф не стал его добивать, а выстрелил в рыжую собаку, которая с разинутой пастью устремилась к его ногам. Еще одна подпрыгнула, целя сталкеру в лицо. Левой рукой Гриф отбил ее. Он уже не бежал, а пятился, слепые псы окружали его. Они вились вокруг, рычали и бросались. Гриф стрелял уже не прицельно, а по площадям.

Сзади в спину ударили лапы, в следующее мгновение тяжелое тело потащило его, опрокидывая навзничь. Здоровый пес промахнулся, вместо шеи, вцепился зубами в воротник и повис на нем. Гриф устоял, сделал шаг назад, резко развернулся и со всей силы двинул локтем. С глухим утробным звуком тварь отлетела.

Сухим щелчком стукнул боек, выстрела не последовало. Гриф отщелкнул обойму, потянулся за новой. Сбоку вынырнула черная морда, вцепилась в запястье. Пальцы разомкнулись пистолет выпал.

«Чтоб вы сдохли», - хрипел сталкер сквозь сжатые зубы. Выхватил левой рукой нож и ударил мутанта в шею. Но кто-то уже кусал его за лодыжку и выдергивал опорную ногу, чьи-то лапы уперлись в спину, злобный рык слышался в самое ухо, острая боль пронзила плечо. Сталкер со всей отчетливостью осознал, что проигрывает эту битву, что ему никак не выбраться.

Прогрохотал ружейный выстрел, дуплетом второй, раздались пистолетные хлопки. Выворачивая шею, Гриф обернулся. От хутора к нему бежали два человека и стреляли. Слепой пес с перебитым хребтом завизжал, сел на задние лапы, закрутился на месте, еще один рухнул неподалеку. К моменту, когда подмога подбежала к сталкеру, стая отступила, оставив на поле боя мертвых и раненых. В окружении трупов, перепачканный в крови Гриф поднял ПМ, вставил целую обойму. Подошел к визжащему псу, ударом берца в голову оглушил его, затем перерезал горло. После чего успокоил того, который грыз себе ногу.

<p>Глава 11. Снова туман</p>

В отряде нарастала нервозность, никто уже не помышлял о легкой прогулке. За короткое время «коммандос» потерял троих. Особенно кипел Качака. Грачи поглядывали на него украдкой и не решались пересекаться с ним взглядом.

Старпом шел в стороне с винтовкой-брандспойтом в руках и со злостью смотрел по сторонам, словно высматривал, кого бы зашибить.

Отряд шел по большой дуге, постепенно забирая вправо. Жорик предположил, что таким образом они обходят туман. Ни аномалий, ни мутантов не попадалось, счетчики потрескивали в относительно безопасной тональности. Лес казался обычным: ели, осины, орешник, березы. Но только казался таковым, и это знали все. Жуткий мутант с длинной шеей и гнилыми деснами всех разом научил бояться и быть, как говаривал одноухий Костян, «бдительными на стреме шухера».

Постепенно ландшафт менялся. Земля дыбилась, вырастая в холмы, прогибалась во впадины. Трудней становилось идти. Из монотонного походного шага и состояния утомленности Жорика вырвал короткий хлопок, а затем вопль то ли Качаки, то ли Сохи.

- Атас!!! Дымовуха!!

Жорик сразу и не понял, о чем речь. Застигнутый врасплох, он стоял на месте, обмирал со страха, вертел головой и выпученными глазами таращился по сторонам: «Где? Где дымовуха? Где атас?».

Впереди метрах в пяти полыхнуло. От Качаки в сторону холма вытянулась огненная дуга. Проследив ее траекторию, Жорик увидел туман. Тот жидкой дымкой переваливался через гребень справа и, низко стелясь по траве, стекал к ним в лощину, словно подкрадывался. Чуть ниже первого огненного плевка, который догорал на склоне, взметнулся ярко-красный хлыст, полоснул по кустам справа налево.

- Соха, не стреляй!!! - орал Качака. - Жди, сука, пока я не закончу!!!

Снова хлопнул пиропатрон. Качака запустил ярко-красную спицу, провел ею слева направо и вниз, оставляя на земле полыхающую семерку. Огонь прожигал в мареве дыры. Туман шарахался в стороны, словно перепуганный зверь.

- Поднимаемся на гору!!! - орал Качака со зверским лицом. - Соха, будь рядом!!! Жорик тоже!!! Пистон с нами!!! - лицо старпома становилось бордовым, вены на бычьей шее надулись.

Справа раздалась автоматная очередь. Жорик резко обернулся, словно его кольнули в бок. Он увидел Пистона, который падал на спину и жал на спусковой крючок. Ствол автомата плевался пулями и задирался вверх. Ухватив дымным узлом ногу, его волокло вниз по склону серое, перетекающее и одновременно закручивающееся в жгут щупальце.