Читаем Парень из прерий полностью

Папа знал мамин характер – если ей что-то надоедало, то уже навсегда, если она переставала что-то любить, то любовь её было не вернуть, если что-то задумывала – то всегда выполняла… Знал, а потому не верил, что она когда-нибудь вернется. Он сумел объяснить Ульяне, что она на всю жизнь осталась девочкой без мамы и что с этим надо смириться.

Ульяна часто думала о маме, которую даже не помнила, и от всего сердца желала ей счастья и удачи. Девочке казалось, что счастье и удача – это самое важное.

А ещё Ульяна понимала: не все в жизни бывает весело и так, как ты хочешь. Иногда хоть расшибись в лепешку, а все равно ничего не изменишь. Значит, лучше не расшибаться, а отступить. Может, Ульяна была серьезнее, чем её ровесники, но в чем-то, наоборот, могла себе позволить оставаться ребенком – то есть быть совершенно беззаботной, беспечной и эгоистичной. В их с папой маленьком мире на двоих это оказалось нетрудно. Их жизнь была закрытой, и девочка с ранних лет научилась никого в нее не пускать. Не пускать, не позволять вмешиваться в их дела, комментировать, оценивать, давать советы, что-то предлагать, что-то просить. «Со всеми проблемами мы справимся сами…»

Сами.

У них не было родственников, разве что бабушка, которая несколько лет назад с небольшими вариациями повторила судьбу невестки: вышла на пенсию, потом на тропу войны за здоровье и молодость, а потом замуж – после чего продала квартиру, уехала в деревню к супругу и открыла магазин хозяйственных товаров. её единственный сын и внучка жили теперь сами по себе. Все их вещи умещались в два чемодана, с которыми удобно было перемещаться по миру. Ни к чему не привязываться, ничего не копить – под таким девизом жили Ульяна и её папа. В любой момент они могли сорваться с места и умчаться на край света. Что они охотно и делали.

Они объехали полмира, но каждый раз их манили новые неизведанные страны – на их освоение папа и дочка планировали потратить всю оставшуюся жизнь. Ведь жизни этой впереди было ещё очень-очень много!

А сейчас молодой и красивый Ульянкин папанец летел жениться. Его свадьба с Ребеккой Вашингтоновной, женщиной прогрессивной, отчаянно кудрявой и в высшей степени порядочной, должна была состояться через четыре недели. Рождение совместного ребенка Ребекки и Иннокентия – через шесть месяцев. Когда новая папина жена сможет удочерить Ульянку, зависело от решения департамента по делам детей боро Бруклин города Нью-Йорка.

Но это когда ещё случится – а пока полусиротка Ульяна с восхищением и предвкушением счастья уставилась на пышущую здоровьем молодую мулатку-бортпроводницу, которая демонстрировала пассажирам авиалайнера принцип работы кислородной маски.

Да, скоро Ульянкина жизнь радикально изменится, скоро все будет так, как никогда не было – а вот так, как было, точно уже никогда не будет. Ну а сейчас – сейчас есть огромный «Боинг» – дом. И он полетел! Разогнался, задрожал, завибрировал, заревел, оторвался от асфальта, спрятал шасси – и наконец рванул в небо!

Папин и Ульянкин мир постепенно становился шире – ещё несколько часов и его неотъемлемой частью станут Ребекка с её семейством. А ещё через полгода появится новорожденный малыш. Что-то будет… Хорошо это или плохо – Ульяна пока не могла решить. Загадывать на будущее девочка не любила, не умела и не пыталась научиться. Ей нравилась Ребекка – такая непохожая на них с папой, что её хотелось схватить в охапку и не отпускать от себя, наблюдать за ней, холить и лелеять. Ребекка была очень интересной. А раз её полюбил папа – значит, она вообще явление из ряда вон выходящее. Так что бороться с кудряшкой Бекки за папину любовь и внимание Ульяне даже в голову не приходило.

Загремели по проходу тележки с напитками, папа и Ульяна выдули кофе с молоком, сжевали по пакетику снеков.

Папа вытащил ноутбук и погрузился в работу.

Ульяну ждала компьютерная игра. Но девочка не торопилась её включать. Откинувшись в кресле и закрыв глаза, она попыталась осознать то, что за все дни сборов и суеты осознавать не удавалось: пришла пора сказать «До свидания, родина, здравствуй…»

Что именно «здравствуй» додумать Ульяна не успела.

– Простите, хочу сообщить, что в бизнес-классе есть одно свободное место… – вдруг раздалось по-английски прямо над её ухом, и она открыла глаза. – …И мы хотели бы предложить вашему ребенку его занять.

Широко улыбаясь, бортпроводница тронула папу за плечо и повторила эту же фразу по-русски. Получилось у нее плохо, но папа все понял, принялся её благодарить и потряс Ульяну за плечо.

– Спасибо большое, но нет, я не пойду, я останусь здесь! – замотала головой Ульяна.

– Это совершенно безопасно и очень комфортно! – снова улыбнулась проводница. – Вы сможете поспать лежа, вам будет просторно, уютно. И это совсем рядом… – С этими словами стюардесса показала на плотную синюю штору, которая отделяла одну часть салона от другой. – Видите: ваш папа будет поблизости.

– Нет-нет-нет, больше спасибо, я останусь на своем месте, не беспокойтесь, пожалуйста…

– Вы единственный ребенок здесь, поэтому…