Читаем Паранормальное рядом полностью

Средний коридор оказался широким, мы втроем шли плечом к плечу. На потолке была маркировка К-750. Я не помнил этого по пути сюда, но мог и не заметить.

– Что скажете? – обратился я к ребятам, – мы через него сюда проходили?

Мнения разделились. Евгений был уверен, – что однозначно да! А Даша утверждала, что вчерашние коридоры были уже, чем этот. Я скорее склонялся к ее мнению, но продолжал продвигаться вперед. Во-первых, возможно, Женя был прав, а во-вторых, этот коридор тоже мог вывести нас на поверхность. Пройдя по нему метров сто, мы увидели, что дальше он переходит в длинную лестницу, ступени которой плавно опускаются вниз. Там, где начиналась лестница, на стене справа располагался красный пожарный щит. Мы такой уже видели, но определенно, ранее этим коридором мы не проходили. Из щита торчал длинный металлический багор, заканчивающийся острой пикой и крюком перед ней. Женя, не без труда, вытащил багор и взял в руки.

– Тяжелый, прокомментировал он уважительно.

– Давайте вернемся, попросила Даша, – попробуем другой коридор.

Мы развернулись обратно. И в этот момент я почувствовал сильный порыв ветра. Ветер дул снизу, с той лестницы, что осталась у нас за спиной. Порыв ветра был резкий и короткий, как будто где-то там, в глубине тоннеля, открылась и закрылась дверь. И в это же мгновение, меня охватил приступ паники, рационально объяснить который, я не мог. Мы потеряли двоих товарищей при весьма странных обстоятельствах и заблудились в тоннелях, мой фонарь, который был единственным источником света, подавал признаки разряженного аккумулятора, но дело было не в этом. Это был иррациональный панический приступ, объяснить природу которого я оказался бессилен. Мне хотелось бросить все и бежать. Все равно куда, лишь бы не оставаться на месте. Это длилось несколько секунд, после чего, паника также внезапно прошла, как и появилась.

Мы переглянулись, и по лицам своих товарищей я понял, что каждый испытал тоже самое. И тут неожиданно Женя сказал:

– А давайте спустимся по этой лестнице? – Там был ветер, а значит, где-то внизу есть выход. Возможно, он гораздо ближе, чем тот, через который мы сюда попали.

Даша стояла с закрытыми глазами, видно она еще не пришла в себя. Но, к моему удивлению, она согласилась с Женей. Лично я, предпочел бы вернуться обратно и попытаться пройти другим туннелем. В любом случае, их оставалось всего два и какой-то из них вел к выходу на поверхность. Я был уверен, что самая короткая дорога та, которую знаешь. Но потом вспомнил, что впереди, по ходу движения, нам еще не раз встретится развилка. Игорь провел нас сюда по этим разветвлениям быстро и, практически, не задумываясь. Но тогда нас было пятеро и у каждого был фонарь, теперь же дорогу освещал только один фонарик, который светил все тусклее и тусклее.

– Хорошо, согласился я, – давайте спустимся и посмотрим, что внизу этой лестницы.

Мне не хотелось говорить остальным, что батарейки в фонаре, скорей всего, на обратную дорогу уже не хватит. Лестница выглядела не больше пол метра в ширину с металлическими ступенями и металлическим поручнем. Ее ступени под небольшим углом уходили вниз. Евгений шел первым, держа в руке ржавый багор, за ним шла Даша, я снова шел последним, стараясь светить фонарем так, чтобы ребята видели ступени перед собой.

Когда мы начали спускаться вниз, мне показалось, что света от моего фонаря стало больше. Я никак не мог понять с чего бы это, ведь других источников освещения в туннеле, по-прежнему, не наблюдалось. Женя довольно бодро отсчитывал ступени вниз, мне, даже, пришлось пару раз попросить его не торопиться, – хватит с нас и одного со сломанной ногой. При мысли об Игоре и Марине я почувствовал сильный укол совести, фактически, мы бросили их. С другой стороны, – что нам оставалось? Мы искали их в комнате с запертой дверью, но их там не было. Выйти они не могли, проплыть мимо меня, тоже вряд ли. Во всяком случае, в отличии от остальных, я, хотя бы, попытался искать Игоря и Марину. Я честно прошел до конца туннеля, где он оканчивался тупиком, и поискал их там. Если там их не было, оставалось одно, – они как-то прошли мимо нас и направились к выходу из бункера. Получалось, что это они бросили нас, а не мы их. Вот только, я никак не мог выкинуть из головы запертую дверь в ту комнату, окрашенную в белый цвет, со странным круглым столом. Там было много коробок со старыми марлевыми бинтами в шкафу, возможно, выбравшись из комнаты Игорь и Марина решили перебинтовать поврежденную ногу, наложить шину… Но тогда, почему они ушли молча? Я посмотрел на толстый металлический прут в руках у Жени, который заканчивался острым жалом. Был бы у меня в руках этот багор раньше, я бы попробовал открыть дверь, за которой горел свет.