Читаем Para Bellum полностью

В прихожей Марков, отстранив лакея в штатском, сам снял шинель, а с Лены её пальто почтительно сняли, пристроили на вешалку, сплошь покрытую богатыми пальто, мужскими и женскими шубами в два слоя. Было там и несколько шинелей с такими же, как у Маркова, звёздами. Одной больше, одной меньше…

– Обманщик, – шепнула она, – а говорили наивной девице, будто вы полковник.

– Но обманул только наполовину, – улыбнулся Марков. – Хоть и с приставкой, но полковник же.

Сбросив ботинки с ботами, она надела туфельки на высоком каблуке. «Какие ножки!» – подумал Сергей с восхищением.

В довольно обширном зале с небольшой сценой, похожем на сельский клуб, собрались уже человек тридцать. Хаотично перемещались, обмениваясь короткими дежурными фразами, у фуршетного стола с противоположной от сцены стены выпивали и закусывали с явным аппетитом – большинство ведь прибыли прямо со службы, без ужина, а то и обеда. Негромко играл камерный квартет, несколько пар танцевали, но настоящего веселья пока не чувствовалось. Приходилось Маркову бывать на таких приёмах, может, уровнем пониже, а так – всё один в один.

– Угощайтесь, Леночка, – подвёл он девушку к свободному столику. Лена явно не видела в своей жизни такого изобилия. – Что вам налить? Шампанского или коньячком продолжите?

Маркову вспомнилась шуточка, за которую сел один из его сокамерников: «До наступления коммунизма народ потребляет жизненные блага через своих представителей». Пятёрки эта шутка стоила. Без поражения в правах.

Через несколько минут из группы людей в дальнем углу неторопливо вышел и направился к новым гостям невысокий человек в сером френче с отложным воротником без знаков различия и тёмно-синих брюках, заправленных в мягкие сапоги.

– Здравствуйте, Сергей Петрович! – он протянул генералу руку. – Спасибо, что не пренебрегли. Представьте меня вашей юной даме.

Марков покосился на студентку. Похоже, она узнала Хозяина не сразу. Но узнала. Девчонка побледнела, на вождя смотрела расширившимися глазами. Сергею стало её даже немного жалко. Для простого человека – сильноватый шок.

– Елена… – он замялся.

– Ивановна, – одними губами подсказала Ленка.

– Так точно, товарищ Сталин. Она же – студентка-третьекурсница ИФЛИ. Серьёзная девушка. Занимается проблемами мета… метафизики? – офицер вопросительно поглядел на Лену.

– Метапоэтики Хлебникова, – подсказала она непослушными губами.

– А это…

Генеральный секретарь подал девушке ладонь. Когда Лена протянула свою, он задержал тонкую кисть в своей руке.

– А я… Товарищ Сталин – это моя должность. Можете называть просто – Иосиф Виссарионович, – улыбнулся хитровато, – в нерабочее время. – Медленно поднёс её руку к губам. – Не знаю, говорил ли вам этот солдафон, что вы прелестны, Елена Прекрасная.

– Говорил, товарищ Сталин, – улыбнулась девчонка.

– Да? – неторопливо произнёс вождь. – Значит, не такой уж он сапог, каким прикидывается. Пойдёмте, я познакомлю вас со звёздами нашего небосклона.

Он подхватил Лену под руку и повёл через зал. Марков поплёлся сзади, чувствуя себя идиотом. Он ещё не знал о привычке Сталина когда утончённо, когда грубо издеваться над своими гостями, включая членов Политбюро.

– Видите того красавчика-грузина? – спросил Хозяин. – Его зовут Мирзо Геловани. Начинающий артист. Но начинает резво. Ему предложили сыграть молодого Кобу Джугашвили. Так он прислал письмо товарищу Сталину. Просил разрешить пожить на его даче, ближней даче, на Рице, чтобы вжиться в образ своего… персонажа. – Это слово вождь выделил саркастическим тоном. – Товарищ Сталин написал на этом заявлении: «Хочет глубоко изучить биографию, пусть начнет с Туруханского края».

Лена прыснула и, не сдержавшись, звонко захохотала. Окружающие дружно обернулись в недоумении. Чтобы кто-то от души веселился, разговаривая с Хозяином, такого никто не мог припомнить.

Гости старались быстрее допить бокалы и рюмки, проглотить недопережёванные куски и начали придвигаться к Хозяину, девчонке, которую вождь галантно вёл под руку, и никому не известному высокому военному. Вскоре образовался единый круг, центром которого был Сталин.

– Любовь Петровна, – позвал он. – Где вы? Хочу представить нашу юную гостью, студентку-отличницу ИФЛИ, комсомолку (вождь покосился на Ленку, та кивнула), судя по фигуре, спортсменку.

Мужчины расступились, пропуская крепкую блондинку, обтянутую белым французским костюмом, в белых же перчатках и туфельках. Лицо её было знакомо каждому человеку в СССР. Только сейчас оно было злым и высокомерным.

– Знакомьтесь, Любовь Петровна, – улыбнулся Хозяин, не обращая внимания на настроение Орловой. – Ваша поклонница, как вся наша страна.

Кинодива бесцеремонно осмотрела девушку с головы до ног, протянула руку в перчатке и спросила:

– Актриска?

– Нет, филолог.

Звезда музыкальных комедий смягчилась.

– Для тебя это правильно. – Тут же она повернулась к Генеральному секретарю. – Товарищ Сталин, поглядите: донашиваю последнюю пару перчаток.

– И что? – усмехнулся Иосиф Виссарионович.

– Надо снова ехать в Париж. А так хочется во Внуково.