Читаем Папарацци полностью

– Все, я пошла, мне некогда, у меня первая пара важная.

Я пожелала ей удачи, продолжая сидеть, в университет мне сегодня ехать совершенно не хотелось. Ладно, решила я про себя, поеду ко второй паре. А пока надо посидеть и тщательно обдумать все, что со мной произошло.

Я приготовила себе яичницу на завтрак и, задумчиво пережевывая кусок за куском, стала вспоминать и осмысливать события вчерашнего дня. Первый мой вывод был трагическим: фотограф, за судьбу которого я так радела, вероятно, уже убит. В этом я почти не сомневалась, так как в противном случае бандиты Борисевича вполне могли привезти его на встречу в ресторан. Однако этого не произошло, не явился и сам Борисевич. Ведя со мной телефонные переговоры, он явно блефовал.

«Для чего он прислал в ресторан гоблинов?» – задала я сама себе вопрос. Скорее всего подручные Борисевича, «разрабатывавшие» Канарейкина, надеялись узнать в ресторане какую-нибудь знакомую Канарейкина или просто попытаться вычислить меня среди находившихся в зале ресторана женщин. С точки зрения здравой логики шансов на успех у них не было практически никаких. Но им повезло – «длинный плащ» узнал меня. И все бы у них было тип-топ, если бы не появление еще одной бригады головорезов – полная неожиданность для всех, в том числе и меня.

Вопрос на засыпку – кто эти конкуренты и на кого они работают? Тот факт, что, кроме Борисевича и его гоблинов, никто не знал о назначенной в ресторане встрече, заводил меня в тупик. Получалось так, что на Борисевича работают какие-то две конкурирующие бригады «яйцеголовых», которые гоняются по городу за фотографиями, вырывая их друг у друга, чтобы первыми поднести трофей своему хозяину. Версия мне показалась не очень убедительной, но другие на тот момент в голову не приходили.

Кстати о конкурентах, внезапно подумала я. Если Борисевич баллотируется на выборах, кто является его ближайшим конкурентом в предвыборной борьбе? Я снова поставила себя на место частного детектива Тани Ивановой, героини произведений Марины Серовой. Если не брать в расчет версию, что Канарейкин действовал как обычный шантажист на свой страх и риск, что маловероятно, тогда логично предположить, что заказал фотографии какой-нибудь соперник Борисевича. Этим соперником вполне мог быть конкурент по предвыборной борьбе.

– Это надо выяснить, – сказала я себе, – сегодня же.

Однако тут же осеклась, вспомнив, что полчаса назад обещала Ирке не лезть больше в это дело.

Ладно, успокоила я себя, в конце концов это мне ничем не грозит, а информация не помешает. Я встала, пошла в Иркину комнату и включила там телевизор. Пока я одевалась, красилась и готовилась к выходу, я краем уха слушала информационные выпуски, шедшие в этот час по трем принимаемым нашим телевизором каналам. Ничего интересного, с моей точки зрения, я не услышала. Видимо, утренний эфир не очень удобен для предвыборной агитации.

Выходя из дома, я решила закупить в ближайшем киоске прессу и почитать по дороге в автобусе, если удастся занять сидячее место. Однако киоск в Солнечном был закрыт, поэтому прессу я купила, только когда добралась до центра города. Взяв несколько местных газет, в том числе и «Студенческий меридиан» – газету, издаваемую нашим университетом, я уселась на лавочку в университетском скверике и принялась внимательно изучать обстановку на предвыборном фронте.

По третьему избирательному округу в депутаты баллотировались вместе с Борисевичем еще пять человек. Однако, как следовало из прочитанных мной статей, сильный конкурент у Борисевича был лишь один – некто Данчук Василий Григорьевич, владелец сети торговых предприятий, в том числе двух универмагов. Судя по биографическим данным и по фотографии в газете «Тарасовские вести», он был моложе банкира-соперника лет на десять и чисто внешне выглядел привлекательнее.

Но главную лепту в мою информационную базу внес все же «Студенческий меридиан». На третьей стороне этого четырехполосника была опубликована большая статья под заголовком:

«Предвыборные страсти. Местные киты бизнеса сцепились друг с другом в непримиримой борьбе».

В статье, автором которой был некто Леня Фенечкин, приводились факты и эпизоды предвыборной борьбы Борисевича и Данчука. И даже был сделан экскурс в историю их взаимоотношений.

«В третьем избирательном округе, – писал в газете автор, – самом «тяжелом», как говорят политологи, схлестнулись в борьбе за депутатский мандат два непримиримых и мощных соперника. Их давняя вражда уходит корнями в те годы, когда в России началась приватизация.

Борисевич и Данчук, уже тогда возглавлявшие два влиятельных криминально-экономических клана, не раз сталкивались в борьбе за то или иное приватизируемое предприятие.

История тех лет кишит всевозможными разборками, скандалами и даже убийствами. Скандалы впоследствии были благополучно «замяты». Убийства так и остались нераскрытыми.

И вот новый виток войны между двумя враждующими группировками – на сей раз за депутатский мандат, гарантирующий, кроме одного из двадцати пяти мест в областной Думе, еще и депутатскую неприкосновенность.