– Трудно сказать. Я должен ее запрограммировать, и на каждый запрос робота придется ждать ответа. В зависимости от быстроты сайта и сложности пароля это может занять от нескольких часов до одного-двух дней. Я приступлю сейчас же.

– Позвоните мне, как только что-то будет.

– Хорошо. Не забывайте, что они анонимны, но и мы тоже. Это значит, они никак не смогут узнать, что мы пытаемся взломать их систему.

Шарко отключился и тут же набрал номер Николя, не сводя глаз с окошка веб-камеры Человека-птицы. Он смотрел на блох, открытую спортивную сумку и флакон лауданума.

Теперь он был уверен: Кристоф Мюрье нанесет удар сегодня вечером.

109

Клод Ламордье и Николя вошли в общий зал одновременно. За ними следовал Казю, нагруженный коробкой с тетрадями. Все трое уселись перед экраном Франка, и тот коротко ввел их в курс дела. В офисе повисла тишина, когда он показал разные окошки, убийства, заснятые напрямую, творящиеся по всему миру ужасы.

– Все это происходит прямо сейчас. В реальном времени. Люди умирают, их пытают. Убийцы в белых халатах ставят над ними опыты. Саваж работает на несколько фронтов и каждый день пожинает плоды посеянного им семени.

В завершение он вывел на весь экран гостиничный номер Мюрье с его зараженными блохами.

– Уже больше часа он не двигается с места и пишет, не снимая маски.

Николя внимательно всмотрелся в человека, убившего Камиль.

– Ты имеешь хоть малейшее представление, где он находится? Париж? Предместье?

– Думаю, Париж, вспомни карту в трейлере. Я поискал в Интернете. Только двухзвездных отелей почти две тысячи. А зарегистрировался Мюрье, скорее всего, под вымышленным именем.

– Глаз не сводите с этого экрана, – приказал Ламордье.

Он вышел на середину офиса и направился к белой доске. Ткнул указательным пальцем в клеточку «Человека в черном».

– Хорошая новость: Джоша Рональда Саважа нашли, информация поступила из Управления международных связей меньше часа назад. По данным воздушной полиции, некий Джош Рональд Саваж, шестидесяти трех лет, американский гражданин, вылетел из аэропорта Шарль де Голль в Бразилию два дня назад. Он приземлился в Сан-Паулу. Наши службы связались с федеральной полицией Бразилии. Саваж принял американское гражданство лет десять назад и владеет домом в гиперохраняемой резиденции в Тамборе, пригороде Сан-Паулу.

Он показал фотографии, снятые с воздуха. Снимки пошли по кругу. Райское местечко на краю леса. Огромные дома, ландшафтные сады с бассейнами, теннисные корты, повсюду деревья, широкие, почти пустые аллеи. Картинка идеального счастья, о котором мечтала бы каждая семья.

– Его называют «Тамборе зеро». Местечко для богатых, построено четыре года назад. Три десятка вилл за несколько миллионов евро, повсюду камеры, частная охранная служба. Резиденция обнесена стеной высотой больше десяти метров, с колючей проволокой и охранниками по периметру. Все инфраструктуры и оборудование финансируются собственниками. Такие резиденции называют condominios fechados. Тамборе зеро, насколько мне удалось выяснить, место особое. У жителей свои магазины, парикмахерский салон, у детей частные учителя… Маленький город в городе. Никто не может войти туда без разрешения. Резиденция живет в автаркии, люди практически никогда оттуда не выходят, не смешиваются с местным населением. Вот среди этих собственников и прячется Человек в черном.

Шарко уже доводилось слышать о таких резиденциях. Чистые продукты сегрегации, расслоения общества, они росли как грибы, и в них укрывалась элита. Их можно было найти по всему миру, даже во Франции они уже появились.

Он с горечью посмотрел на фотографии:

– Подумать только, они ведь, по идее, обеспечивают безопасность. А кто остальные жители?

– Не знаю. Промышленники, богатые бизнесмены, которые прячутся за стенами от тех, кто наполняет их бумажники. Но… нас-то интересует Саваж.

Ламордье посмотрел на свой завибрировавший телефон. Ответил, сказал, что перезвонит, и отключился.

– Все закрутилось очень быстро. Я жду с минуты на минуту утверждения министерством международного судебного поручения. Мы готовим операцию с бразильцами, чтобы взять Саважа, передаем им все важные документы. Дело это деликатное, из-за того, что Саваж много знает, в частности о распространении вируса гриппа и том факте, что наше правительство дезинформировало общественность. Будет тонкая игра на дипломатическом уровне, но я бы сказал, что это нас не касается.

Он посмотрел на часы.

– Я получил добро Министерства внутренних дел на отправку двух человек на место для участия в операции. Белланже, вы руководите здесь. Шарко, Казю, прямой рейс на Сан-Паулу вылетает в двадцать часов. Вы готовы отправиться надеть наручники на этого мерзавца?

Казю ответил утвердительно, не скрывая своего энтузиазма. Шарко не сводил глаз с экрана. Человек-птица продолжал лихорадочно писать. Что такое мог записывать этот психопат?

– Я знаю, вы только что вернулись из Польши, Шарко, – добавил Ламордье. – Я могу вас кем-нибудь заменить, но знаю, что это и ваше расследование, и…

– Я не упущу этого ни за что на свете.

110