Читаем Память льда полностью

— Ах да, культы рассматривают любые улучшения — в магии или мирских искусствах — как потенциальную угрозу. Вам нужно исследовать источники ваших познаний, Тук Младший, или вы можете остаться обезьяной чужих предубеждений.

— Как похоже на речи моего отца.

— Вам бы усвоить его мудрость.

Я хотел бы. Но не смог. Оставь Империю, говорил он. Найди место вне досягаемости двора, вне власти командиров и Когтя. Держи голову пониже, сынок…

Окончив со всеми тремя палатками, Тук подошел к Тоолу. В семидесяти шагах, на вершине холма, Мок собрал ванну — деревянный куб, обтянутый кожей. Леди Зависть — Туруле шел рядом, неся сложенное платье и набор банных принадлежностей — направилась к ней. Волк и пес уселись поблизости от Сену, разделывавшего антилопу.

Сегуле то и дело кидал зверям обрезки мяса.

Тоол уже изготовил четыре односторонних кремневых ножа, некий вид скребка, размером с ноготь, тщательно заточенное вогнутое полумесяцем лезвие и что-то вроде сверла или шила. Теперь он снова обратил внимание на три больших чешуи обсидиана.

Скрючившись за спиной Имасса, Тук изучал изготовленные орудия. — Прекрасно, — сказал он через минуту, — я начинаю понимать метод. Все это для работы над древками и оперением?

Тоол кивнул. — Антилопа снабдит нас материалами. Нам нужны струны из кишок, для обвязки. Кожа на колчан и на его крепления.

— А зачем полумесяц?

— Стебли тростника надо обстрогать.

— Ага, понимаю. А нам не нужен какой-то вид клея или смолы?

— В идеале да. Но так как вокруг безлесная равнина, мы обойдемся тем что есть. Оперение будем привязывать кишками.

— В твоих руках изготовление наконечников кажется простым, Тоол. Но что-то говорит мне, что все не так.

— Некоторые камни — песок, некоторые — вода. Острые наконечники можно сделать из 'водяного' камня. Ударные инструменты — из камня 'песочного', но лишь из самого твердого.

— А я-то брел по жизни, думая, что камень есть камень.

— В нашем языке мы владеем множеством названий для камня. Названия говорят о его природе, описывают назначение, говорят о том, что с ним было и что станет, именуют таящихся в нем духов, и…

— Хорошо, хорошо! Я понял тебя. Почему не поговорить о чем-нибудь другом?

— Например?

Тук поглядел на второй холм. Над краем ванны виднелись только голова и колени Леди Зависти. Позади мерцало заходящее солнце. Двое сегуле, Мок и Туруле, стояли на страже, вежливо отвернувшись от хозяйки. — О ней.

— О Леди Зависть я знаю немногим больше уже сказанного.

— Она… компаньонка Аномандера Рейка?

Тоол продолжал удалять тонкие, прозрачные чешуйки обсидиана с того, что без сомнения должно было вскоре стать ланцетовидным наконечником. — Вначале было трое сильных, какое-то время странствовавших вместе. Аномандер Рейк, Каладан Бруд и колдунья, которая впоследствии возвысилась и стала Королевой Снов. После того произошла некая драма — или так говорят. К Сыну Тьмы присоединились Леди Зависть и Солтейкен, именуемый Озрик. Теперь странствовала вместе новая тройка. Каладан Бруд на время выбрал путь одиночки, и многие столетия его не видели в нашем мире. Когда он наконец вернулся — возможно, тысячу лет назад — он носил молот, который и сейчас у его бедра. Молот Спящей Богини.

— А Рейк, Зависть и Озрик? Что они замышляли сообща?

Т'лан Имасс пожал плечами. — Об этом только они могут рассказать. Один отпал: Озрик куда-то делся — никто не знает куда. Аномандер Рейк и Леди Зависть оставались компаньонами. Говорят, они расстались — и тому есть доказательства — в дни, когда Властители решили сковать Падшего. Рейк присоединился к этим усилиям. Леди — нет. И больше я о ней ничего не знаю, солдат.

— Она маг?

— Ответ на этот вопрос перед тобой.

— Горячая вода появилась в ванне ниоткуда, так?

Тоол отложил готовый наконечник и занялся новым. — Я имею в виду сегуле.

Разведчик хмыкнул. — Очарованы — принуждены служить ей — дыханье Худа, она их поработила!

Т'лан Имасс поглядел на него, отложив стрелу. — Это тревожит тебя? Разве в Малазанской Империи нет рабов?

— Есть. Должники, мелкие преступники, добыча войн. Но, Тоол, это же сегуле! Самые страшные воины континента. Их особенность — нападать без предупреждения, по одним им ведомым причинам…

— Их связь, — продолжил Тоол, — большей частью бессловесна. Они достигают доминирования положением тела, слабыми жестами, направлением взгляда и положением головы.

Тук моргнул: — Точно. Ох. Тогда почему же я, ничего не зная, не подпал под их влияние уже давно?

— Твоя неуверенность в их присутствии рождает тягу к подчинению, — ответил Т'лан Имасс.

— Я же природный трус. Но мне кажется, что у тебя нет… неуверенности.

— Я никому не подчиняюсь, Тук Младший.

Малазанин задумался над словами Тоола. Потом сказал: — Старший брат, Мок — на его маске только две прорези. Мне кажется, я знаю, что это значит, и если я прав… — Он закачал головой.

Неупокоенный воин уставился на него темными глазницами. — Молодой, вызвавший меня — Сену — хорош. Если бы я не ударил первым, если бы дал полностью вытащить мечи, наша дуэль могла бы тянуться долго.