Еще через полтора колокола капитан лежал на земле рядом с Быстрым Беном, поглядывая на центральную тропу. Там под неярким закатным солнцем поблескивали шлемы паннионцев. Противники даже не удосужились выслать вперед дозорных. Головного отряда у них тоже не было.

«Неужели они до такой степени самоуверенны?» — думал Паран.

Перед Быстрым Беном торчали шесть прутиков, воткнутые в рыхлую землю. Там происходило какое-то магическое действо, которое капитан видел лишь краешком глаза. Сзади, в круге из простых невзрачных камешков, сидел Черенок. Возле него во мху утопал пузырь с водой, а вокруг пузыря были воткнуты точно такие же прутики, как и у Быстрого Бена. Они блестели от капелек влаги.

Темнокожий чародей негромко вздохнул. А затем наклонился и указательным пальцем правой руки слегка постучал по третьему прутику.

Один из прутиков Черенка дрогнул. Бен улыбнулся, произнес завершающие слова ритуала и высвободил магическую силу. Пузырь с водой вдруг сморщился и опустел.

В цепи идущих паннионцев маг был третьим. Неожиданно у него подкосились ноги, изо рта хлынула вода, и он упал, держась за грудь.

Черенок сидел с закрытыми глазами, по лбу и щекам его градом лил пот. Маг шептал заклинание, удерживающее воду в легких рухнувшего стража Домина. Паннионец катался по земле, отчаянно пытаясь избавиться от смертоносной жидкости. Однако все было напрасно.

Паннионцы с криками сгрудились вокруг корчащегося на земле чародея. Если бы они знали, что случится дальше, то бросились бы кто куда. Ибо в следующее мгновение в них полетели четыре «шрапнели».

Громыхнули взрывы. Один из снарядов потревожил «шрапнели», заблаговременно расставленные саперами вдоль тропы, и запустил цепную реакцию. Однако на этом малазанский «салют» не закончился. К тропе вплотную примыкали высокие кедры. Под их узловатые, выступающие корни саперы заложили «хлопушки», и, когда дошел черед и до них тоже, на паннионских солдат стали падать деревья.

Тропу заволокло дымом. Оттуда слышались крики раненых и умирающих. Спасшихся не было. Если кто-то и пережил кошмар «морантских гостинцев», падающих кедров и удушья густых ветвей, их ожидал еще один, пожалуй самый страшный, «подарок» малазанцев. Обнаружив в подземелье запасы лампового масла, сжигатели мостов щедро облили им стволы и нижние ветви деревьев. Вспыхнувший пожар превратил тропу в огненную реку.

«А ведь по жестокости мы ничем не отличаемся от Паннионского Провидца», — подумал Паран.

А к дальнему концу тропы, еще свободному от огня, приближались солдаты Хватки с луками в руках. Если кто-то и вырвется из огненного ада, его настигнет паннионская стрела, выпущенная из паннионского же лука. Ни один из врагов не должен вернуться в Коралл. Паран сам отдал этот приказ.

Какое-то время капитан не слышал ничего, кроме отчаянных криков, гудения пламени и треска сгорающих ветвей. Сумерки отступили; в лицо Парану ударяли волны горячего ветра.

Он оглянулся на Быстрого Бена. Глаза мага оставались закрытыми. Паран вдруг увидел у него на плече странную фигурку из прутиков и веревочек. Капитан изумленно заморгал. Фигурка пропала. Паран прищурился: на плече у чародея никто не сидел.

«Наверняка это всего-навсего игра отблесков. Тут еще и не такое померещится, особенно когда не спишь несколько ночей подряд и все внутри натянуто до предела».

Крики стихали. Шел на убыль и пожар, который был не в силах воевать с промокшим от дождя лесом. Над тропой повисли клубы густого белого дыма. Они обволакивали уцелевшие деревья, скрывали обугленные тела и радужные разводы, оставленные огнем на доспехах. Еще какое-то время из-за дымовой завесы слышались непонятные хлопки. Паран догадался: это вздувается и лопается кожа сапог на ногах мертвых солдат.

«Если у Худа существует яма для самых злостных грешников, туда наверняка должны попасть моранты, создавшие свои „гостинцы“. И мы тоже. То, что произошло сейчас, не было сражением. Мы устроили самую настоящую бойню».

Парана тронул за плечо Молоток:

— Капитан, в небе появились моранты. Садятся неподалеку. Дуджек и первые отряды уже здесь. Мы получили подкрепление!

Услышав эти слова, Быстрый Бен провел рукой по ненужным теперь прутикам:

— Хорошая весть, целитель. Очень вовремя они прилетели.

«Да уж, — мысленно ответил ему Паран. — Растерянность Паннионского Провидца будет недолгой. И свои укрепления он так просто не отдаст».

— Спасибо, Молоток, — сказал он целителю. — Передай верховному кулаку, что я скоро буду.

— Есть, капитан.

Глава двадцать четвертая