Читаем Оживший полностью

Извините за пошлость, но хорошо быть богатым. Как бы ни ныли согнутые в бараний рог непосильными трудами и нечеловеческой ответственностью за судьбы мира бизнесмены с чиновниками, все равно хорошо. Не надо экономить на жратве и выпивке, таскать на себе китайский ширпотреб и отдыхать исключительно на собственных шести сотках в деревне с тяпкой в позе «жопа много выше головы».

А еще богатство означает комфорт, бездну уважения со стороны окружающих и непередаваемое ощущение собственной значимости. Избавленные от необходимости толкаться в общественном транспорте, часами стоять в пробках и сутками ожидать в аэропорту, когда же найдется керосин для самолета, гордо именующие себя элитой граждане живут в волшебном, избавленном от грязи, нищеты и хамства мире, наслаждаясь приятным обществом себе подобных. Там, где сбываются все желания и отсутствуют преграды. Полиция не быкует, а вежливо берет под козырек, официанты не проливают на колени суп, а таможня днем и ночью только и делает, что «дает добро».

Развеселая компания с похожими на рев песнями выгрузилась из лимузинов. Терпеливо ожидавший ее у трапа чин быстренько проставил в паспорта «колотухи», отметив про себя, что гулять эти русские умеют, по крайней мере, трезвее за прошедшие со дня прибытия сутки они не стали. Лимузины развернулись и уехали. Самолетик чуть вздрогнул и медленно тронулся в сторону взлетной полосы.

Он дернулся и приоткрыл глаза. Трещала голова, поташнивало, во всем организме ощущалась похмельная тяжесть. Прямо как в комсомольской юности, когда секретарь райкома по идеологии Вовка С. по прозвищу Бездонный, тогда еще тощий и вихрастый, не зная меры, регулярно заливал вовнутрь себя все, что горит и плещется. Прикрыл глаза и тихонько застонал.

— Тяжело, болезный? — раздалось над ухом.

Он увидел прямо перед собой здоровенный волосатый кулак и выглядывающий из него высокий стакан с чем-то пузырящимся.

— Выпей, полегчает.

Страждущий схватил двумя руками стакан и начал жадно пить. Действительно, очень скоро стало намного легче.

Опять открыл глаза, заглянул в иллюминатор слева от себя, прислушался к ровному, чуть слышному гулу моторов. Постарался восстановить в памяти события прошедшего дня, кое-что получилось. Тут он заорал и попытался вскочить на ноги. Не вышло, широкая ладонь легла на плечо и буквально вдавила назад в кресло.

— Не убивайтесь вы так, мужчина, — с улыбкой произнес смуглый, горбоносый, похожий на грека мужик, — все равно не убьетесь.

— Мне нужно поговорить с вашим начальником. Наедине.

— Запросто. Командир!

— Представьтесь, — строго приказал он присевшему рядом человеку.

— Зачем?

— Вы, надеюсь, знаете, кто я?

— Мне это неинтересно. Для меня вы просто посылка, а я, получается, курьер. — Он прекрасно знал, кто сидит перед ним: бывший депутат, бывший сенатор, а ныне — один из лидеров новой, набирающей силу партии. Патриот, государственник, собиратель, блин, земель русских. Жирная, ухоженная, набитая деньгами гнида без чести и совести. Вор и подонок.

— Слушайте меня внимательно. — Шестеренки в голове у патриота Вовы бешено закрутились, и он с ходу предложил «курьеру» поражающую воображение кучу импортных денег за то, чтобы самолет совершил вынужденную посадку в ближайшем аэропорту, а потом опять взлетел, но уже без обоих компаньонов, политика и бандита. Чуть меньшая, но все равно запредельная сумма предлагалась в случае высадки одного пассажира (угадайте какого?) и доставки до места назначения второго, но уже в мертвом виде. И, наконец, сущая мелочь, миллион или сто тысяч у.е. на выбор, сулилась за немедленное устранение Исы или возможность сделать несколько звонков прямо с борта самолета. Изложив весь «пакет коммерческих предложений», с интересом посмотрел на сидящего рядом. — Что скажете?

— Пристегнитесь, скоро садимся, — ответил тот, — и, пожалуйста, не делайте резких движений, вам же хуже будет.

Приземлившийся самолет уже ждали. Суровые дяденьки в штатском мигом надели наручники на Ису, для его подельника оков не хватило. Парочку загрузили — в черный джип одного и в казенного вида микроавтобус второго — и увезли в ночь в сопровождении машин с мигалками навстречу неотвратимому возмездию.

Оно и впрямь вскоре грянуло. Иса Мадуев на вторую ночь нахождения в следственном изоляторе, скоропостижно скончался от острого приступа аппендицита, удаленного еще в шестом классе средней школы. Владимир С. выступил с речью по Центральному телевидению, покаявшись и во всем сознавшись.

«Моя вина, дорогие соотечественники и соратники по партии, прежде всего в том, что все эти годы, работая на износ на благо нашего Отечества, я совершенно запустил собственное здоровье. Вот оно мне об этом и напомнило. Я не ухожу из политики, а просто беру небольшой тайм-аут. Покажусь врачам, отдохну, перечитаю любимые книги, займусь, в конце концов, спортом…»