Читаем Оживший полностью

— Деньги есть, Иса. — Он со вкусом закурил и выпустил струю дыма в потолок. — Ты же знаешь.

— Знаю, Вова, знаю, — закивал тот, — переведи хотя бы половину и…

Человек, находящийся в той же гостинице, на том же этаже, через стенку от комнаты, в которой сидели высокие, о чем-то договаривающиеся стороны, щелкнул ногтем по мембране микрофона.

— Это Первый. Доложите о готовности.

— Второй, к работе готов.

— Четвертый, порядок.

— Шестой, всегда готов.

— Восьмой, жду команды.

— Всем, кроме Восьмого, — начало через две минуты. Восьмой, начало через десять секунд. — Он надел респиратор и повернул вентиль стоящего на полу баллона.

— Двадцать процентов, Иса, получишь к пятнице.

— Хотя бы сорок, Володя, поверь, очень надо.

— Двадцать пять, больше не будет, — больше за раз он платить не собирался. Иса знал об этом, а он знал, что тот знает.

Никто не увидел, не услышал и даже не почувствовал, как в кабинет и гостиную гостиничного номера двести восемь из номеров двести шесть и двести десять пошел газ, потому что он был бесцветным, не имел запаха и проникал без лишнего шума. Попадали со стульев «референты» в гостиной и Иса в кабинете, приземлились с корточек на пятые точки двое его охранников. Толстый Вова и бородач остались там, где были, то есть в креслах.

На этаж поднялась нетрезвая парочка — здоровенный, дорого одетый тип в обнимку с вульгарной, сильно накрашенной брюнеткой в обтягивающем крупный бюст свитере и длинной юбке. Возле двести восьмого номера дамочка зацепилась каблуком за ковер. Она обязательно бы упала, не поддержи ее галантный кавалер. В благодарность за это она обняла его за шею одной рукой, вторую засунула к нему под плащ и прильнула… Бородач слева от двери смотрел на все это, приоткрыв рот и облизываясь. Стоящий по другую сторону двери «референт», что-то почувствовав, молниеносно выбросил из-за спины руку с оружием и почти успел, но «почти», как известно, не считается. Коварная брюнетка выстрелила ему прямо в лоб через плащ кавалера. Вторая пуля влетела в приоткрытый рот его напарника, на сей раз стрелял мужчина.

Надевшая респираторы парочка открыла электронным ключом дверь и вошла, втащив за собой тела охранников. Быстренько проверили состояние всех, находящихся внутри. Мужчина посмотрел на часы и постучал по закрепленному на запястье левой руки микрофону. Дверь тотчас распахнулась, и в номер вошли еще двое, тоже в респираторах. Через минуту один из них что-то промычал через маску. Дама перекрестилась и сняла респиратор. Пару раз глубоко вдохнула-выдохнула: порядок, сонный газ в полном соответствии с тактико-техническими характеристиками успел полностью разложиться в воздухе на безвредные для здоровья составляющие.

— Держи, — сказал по-русски один из вошедших и бросил ей сумку. Та поймала ее и, ловко крутанувшись на каблуках, двинулась в сторону ванной комнаты.

— Не уходи, любовь, — заныл ее недавний кавалер.

— Перебьешься. — Голос у дамочки прозвучал как-то не по-женски низко.

Бородач в кресле вдруг дернулся и оглушительно захрапел.

— Зафиксируй этих.

— Есть, командир. — И, достав из сумки моток скотча, брошенный подругой, здоровяк сноровисто принялся обматывать им спящих.

Двое других прошли в кабинет и, как по команде, извлекли шприц-тюбики. Уколов валяющегося на ковре отдельно от собственной папахи Ису и раскинувшегося в кресле Вову, принялись без особых церемоний приводить их в чувство оплеухами. Когда толстяк открыл глаза, склонившийся над ним человек прекратил массировать ему щеки и легонько потянул за рукав.

— Вставай. — И тот послушно вылез из кресла. — Пошли, — скомандовал человек, и он вместе с ним двинулся из кабинета.

Следом походкой ожившего мертвеца, заботливо поддерживаемый под локоток сопровождающим, шел Иса. В гостиной их ожидали двое: закончивший упаковку тел сонных хранителей и та самая дамочка, на поверку оказавшаяся вовсе даже мужчиной, хрупким, среднего роста, симпатичным до слащавости блондином.

— На выход, — скомандовал прослушавший поступившее сообщение старший, и все шестеро покинули номер. Шедший последним запер дверь и заботливо поправил висящую на ручке табличку с просьбой не беспокоить находящихся внутри.

Вся компания бодро проследовала через холл к ожидающим их у выхода двум автомобилям представительского класса и загрузилась в салон.

— Поехали, — кратко, по-гагарински, скомандовал старший, и автомобили тронулись.

Чуть погодя за ними пристроился еще один, неброский синенький «Форд Фокус».

— Как все прошло, Кира? — спросил он у сидящего рядом с водителем.

— Нормально, командир.

— «Холодных» нет?

— Обошлось, слава богу.

— Вот и чудненько, — удовлетворенно молвил старший.

До аэропорта ехали молча. Перед въездом на летное поле к ожидавшему всю честную компанию легкому самолету остановились.

— Веселимся! — отдал команду старший и тут же вколол сидящему рядом, бессмысленно глазеющему в затылок водителю Вове иголку шприца. Сам же, достав из внутреннего кармана пиджака небольшую металлическую фляжку, облизнулся и сделал пару глотков, после чего передал сосуд сидевшему по другую руку от толстяка товарищу.