Читаем Ожерелье Атона полностью

От такой жизни помчишься в Хургаду быстрее хамсина [32] . Земляк Абдельджаффара не обманул: в «Aton’s hotel» действительно требовался коридорный. И его – вот повезло так повезло! – взяли на работу! Зарплата казалась Абдельджаффару запредельно высокой – пятьдесят долларов в неделю. И, как сказали ребята-коридорные, постояльцы довольно часто дают чаевые. С чаевыми если считать – то долларов семьдесят можно заработать! С таким богатством можно будет иногда позволять себе сигареты, кальян…

Здесь, в отеле, вообще все выглядело другим, прекрасным, необычным после нехитрой деревенской жизни. Сверкающий мрамор лестниц. Тихий шепот фонтанов в приятной прохладе холла. Огромные оконные проемы, а в них – настоящие стекла! Но самое главное, самое красивое – женщины! Женщины, без смущения подставляющие солнцу полуобнаженные тела. Приветливо улыбающиеся при встрече. По инструкции для работников отеля с постояльцами надо здороваться, вежливо интересоваться: «Как дела?» Очень хорошая обязанность! Особенно в отношении красоток!

– Будешь Джефом, – в первый же день пояснил начальник, прикалывая на белую майку бейдж. – Абдельджаффар для европейцев звучит слишком длинно. Мы сокращаем наши имена, чтобы им было проще к нам обращаться.

Он кивнул. Какие это все мелочи…

В сравнении с тяжелым сельским трудом обязанности коридорного казались легкими и необременительными. Поменять белье, подмести номер, вынести мусор, поставить в комнаты гостей букет цветов. А потом можно провести пару блаженных минут в «кабинете». И даже выпить чашку чая, помечтать об объятиях женщины, такой обольстительной в полупрозрачной дымке парео.

Смутные грезы безжалостно разбил дребезжащий звонок.

– В 103-й номер заселяются постояльцы. Проверь, все ли готово!

Абдельджаффар отложил телефон, взял лежавшую на столике газету и вздрогнул. Связки ключей под ней уже не было. Он точно помнил, что бросил ее именно сюда, и вот…

Липкий страх смочил лоб. Опять! Совсем недавно исчез ключ от 207-го, номера Виктора Попова. Того самого русского, который умер от укусов скорпиона. Тогда Абдельджаффар взял дубликат в специальном шкафчике и сломя голову помчался в Хургаду. До появления сменщика он едва успел надеть на связку ключ от номера Виктора. И вот она исчезла. Вся связка! Какая досада – в его смену! Опять надо что-то делать, быстро заказывать новые ключи, иначе… Иначе начальство узнает о том, как он беспечно нарушал инструкции по хранению ключей. И тогда все закончится. Снова Нил, глиняный дом, ворчание отца, плач детей, стоны тетушки Бушры…

Нет, нет, нет, что угодно, только не это!

Абдельджаффар вытер о светлые хлопчатобумажные брюки мокрые ладони, постарался придать лицу самое беззаботное выражение и быстро вышел из «кабинета».

– Томочка, солнышко, как ты? – нежно поинтересовался Юра Космачев и подошел поближе к берегу моря. – Волны шумят, слышишь? Да, они совсем небольшие.

Поговорив с женой, Юра блаженно улыбнулся. Повезло ему с супругой. Она очень хорошая мать. А борщи какие варит – пальчики оближешь! И, самое главное, тактично не замечает, что от мужа иногда пахнет духами, а на его носовом платке следы губной помады.

Умная женщина. Только по этой причине он никогда от Томы не уйдет. Хорошо ему дома, спокойно, на мозги никто не капает. Ну а если подвернется бабенка симпатичная – то с ней всегда можно попытаться найти общий язык. Перед женой, конечно, походы «налево» не афишируются. Но и не скрываются. Тамара понимает, что не от нее, не от детей он бежит. Просто природа требует своего. Шут его знает, почему иногда так хочется выпустить из себя кобеля, которому все пофиг, кроме одного. Контролировать это невозможно, и Тамаре, к счастью, дополнительные объяснения не требуются.

Умиротворяющие мысли о жене сменились менее приятными. Об еще одном охраннике шефа, Кирилле.

– Вот сукин сын, – Юра даже сплюнул сквозь зубы. Его аж передернуло от отвращения, и он загримасничал, передразнивая: – «Филипп Маркович, курточку не забудьте накинуть!», «Филипп Маркович, под зонтик спрячьтесь. А то простудитесь, что же мы без вас делать будем!» Тьфу, смотреть противно. И ведь добился своим жополизством такой же зарплаты, как у меня. А, между прочим, я с шефом пять лет уже вкалываю, а Кирюха только пришел. Хоть и противно, но тоже придется Марковича пасти, как дитя несмышленое. Он это дело любит. Придется не отставать от Киры, чтоб ему пусто было! А то Маркович еще оргвыводы сделает не в мою пользу…

– Какой закат красивый, правда?

Юра с раздражением обернулся.

– Алина! Ты почему мне не позвонила?! Я должен тебя постоянно сопровождать. Мне шеф башку открутит, если что-то пойдет не так!

Пригладив короткие светлые волосы, Алина виновато улыбнулась.

– Я из окна номера увидела, что ты здесь. Два шага же всего, не ругайся.

– Как спала?

Женщина грустно вздохнула:

– Отлично…

– Принести тебе что-нибудь из бара? Сока, чаю?

Юра старался успокоиться, но внутри все клокотало от ярости.