— Дранглик пал, — глухо сказала она. — Вендрик стал полым, сила Душ Повелителей вырвалась на волю. Теперь судьба Пламени — в твоих руках.
Девушка молча кивнула. У неё уже не было сил для скорби или страха.
— Идём скорее. Я устала. А нас точно не прогонят?
— В Маджуле собираются те, в чьих сердцах ещё не угасла надежда, — отозвалась бывшая Хранительница Огня. — Обычно они милосердны к путникам. Если те не посягают на их покой.
— Мне страшно, — призналась Шаналотта, ёжась от предутренней прохлады. — А что если Алдия найдёт меня там?
— Он больше не сможет причинить тебе вред, — заверила её Петра. — Теперь ты под защитой самого Пламени.
— Что это значит? Как это?..
— На самом деле, — Петра остановилась, обернулась к девушке и мягко взяла её за руки, — это означает, что ты больше не принадлежишь себе. Ты — слуга Пламени. И пока ты не выполнишь свою задачу, Пламя будет защищать тебя.
— Это означает, что я стала бессмертной?
— Нет, конечно. Тебя можно убить. Но кому и зачем может вздуматься убивать ту, в ком заключена последняя надежда для этого мира и для каждого человека или немёртвого?
— Для кого-то надежда мучительна.
— Это тоже верно. Но у тебя всё равно уже нет иного выбора.
— И никогда не было.
— И всё же твой долг — вести нового Избранного по пути к трону. Оставаться на его стороне.
— Я понимаю. Я готова…
Небо светлело, и наконец первый луч солнца прорезал тонкую пелену розовых облаков. Миновав древнюю каменную арку, путницы вышли на край обрыва, под которым негромко шумело спокойное море, залитое оранжевым светом зари.
— Мы пришли, — Петра обняла ученицу за плечи. — Это Маджула. Последнее место в Дранглике, где люди и немёртвые могут обрести покой и мир — или хотя бы их иллюзию.
— И я смогу?..
— Это зависит от тебя, — улыбнулась Петра. — Идём дальше. Посмотри на свой новый дом.
Спустившись по тропинке, нырнувшей под очередную арку, Петра и Шаналотта очутились на небольшой деревенской площади. Вокруг неё стояли простые хижины и добротные дома, к стенам лепились палатки торговцев. В центре поселения виднелся широкий колодец, окружённый каменным бортиком. На самой высокой точке утёса стоял маяк, к подножию которого вела широкая лестница. Справа, у самого края обрыва, росло одинокое дерево, рядом с которым в кольце из камней неярко горел Костёр с воткнутым в середину витым мечом.
Петра легонько подтолкнула Шаналотту в спину.
— Смотри, вот он. Дальний Огонь. Средоточие всех путей Нежити, стержень этого мира. Здесь ты будешь ждать Избранного — нового короля или же очередную пешку судьбы. Иди, согрейся у огня.
Шаналотта медленно приблизилась к каменному кругу, опустилась на одно колено перед Костром и коснулась рукояти меча. Живительное тепло заструилось по жилам, и Пламя вспыхнуло с новой силой, приветствуя свою новую Хранительницу.
— Добро пожаловать, — раздался за спиной девушки мягкий, слегка вибрирующий голос. Шаналотта испуганно обернулась. Позади стояла крупная кошка с ярко-голубыми глазами.
— Доброго утра, — девушка застенчиво поклонилась.
— Шалкуар! Рада тебя видеть, — улыбнулась Петра. — Как вы тут живёте? Всё хорошо?
— Петра, друг мой, — промурлыкала Шалкуар, садясь и обвивая передние лапы пушистым хвостом. — Я тоже рада видеть тебя в добром здравии. Да, у нас всё по-прежнему. Было до сегодняшней ночи, по крайней мере.
— Да, после сегодняшней ночи ничего уже не будет как прежде. — Петра скорбно покачала головой. — Король лишился разума, души и силы. И теперь судьба мира в руках этой юной девушки. Её зовут Шаналотта. Она будет хранить Дальний Огонь.
Шалкуар грациозно поднялась и подошла ближе к Шаналотте.
— Хм-м, какой странный запах, — мурлыкнула она. — Пахнет… Огнём. И цветами. Первое — неудивительно для дракона. А второе…
— Это, наверное, из сада цитадели, — пробормотала девушка.
— Цитадель? — удивилась Шалкуар. — Откуда ты пришла, дитя моё? Я полагала, что ты из Дранглика…
— Она — дочь Алдии, — пояснила Петра.
— О, — усы Шалкуар встопорщились от любопытства. — Дитя несчастного безумного архимага… а что случилось с ним самим?
— Я… не знаю. Последнее, что я помню — это ритуал, который он проводил надо мной. Он освободил дракона. Но чудом не убил меня.
— Он освободил
— Возможно, и так. — Шаналотта отвернулась. — Но мне от этого не легче.
— Тебе и не должно быть легче. Твоя судьба — превращать боль и страдания этого мира в силу для Пламени. Это тяжёлый труд, и тебя ждёт путь, полный горечи и сожалений. И чтобы стать достаточно сильной, ты должна была пройти через это. Закалиться в драконьем пламени.