– От комплектации все зависит, но в среднем одиннадцать тонн.

– По виду не скажешь, длина по корпусу здесь метров шесть, а на вид как сорокатонная машина. Никак не привыкну к этому пластику. Утяжелить «Саблезуба» можно?

– Без проблем, сейчас как раз за счет брони более тяжелую модификацию делаем. Догоним до двадцати пяти тонн, причем на проходимости и скорости это почти никак не скажется.

– А какой движитель в него впихали?

– Тип-12, – с гордостью заявил Шлот.

– Подожди, это же те, которые контейнеровозы на сто тысяч тонн таскают?

– Да, командор, они самые. По размерам они мало чем отличаются от транспортных. Просто выполнены из других материалов, более дорогих. Потратились сильно, признаю, но смогли добиться дальности хода на одной зарядке в тридцать тысяч километров. Опять же повысилась надежность, а скорость, как вы уже знаете, можно хоть до трехсот километров в час развить, и это притом, что восемь смонтированных под днищем поплавков-излучателей обеспечивают отличную проходимость хоть по болотам, хоть по пустыням, а хоть и по горам. Машина получилась хорошая.

– Посмотрим, – облокотившись на трибуну, пробурчал я и стал смотреть, как в танк, который валялся на боку, залез экипаж. Резкий рывок, «Саблезуб» встал на днище, приподнялся над землей и вновь рванулся по полю.

Скорость танк развил под сто километров по грунтовой дороге. Затем вышел на позицию для стрельбы. Башенки крутнулись, выдвинулись турели со спаренными УБК, издалека сильно напоминающие знаменитые «эрликоны», и в сторону мишеней устремились сотни ярких ослепительных росчерков. Мишенями выступали бетонные блоки в два метра толщиной, броневые листы танка Т-90 и опять же сонимский бронепластик. Результат был неплох, по неподвижным целям, и для первого показа, вполне меня устраивал. Конечно, еще работать над танком и работать, но если за две недели инновационщики так много сделали, то если им дать еще пару недель, они сделают совсем отличную машину.

– Системы наведения какие использовали? – поинтересовался я, заметив хорошую точность стрельбы «Саблезуба».

– Мардунские «Хальк», последняя тамошняя разработка. Средства связи, постановщики помех и тепловизоры также их производства.

– Боезапас?

– На импульсные лазеры по двадцать батарей на ствол, а ракет будет по пять боекомплектов.

Нормальный боезапас и, учитывая, что каждая забитая под завязку энергобатарея УБК дает двадцать тысяч выстрелов, а в ракетомет входит обойма на пять ракет, получается весьма солидно.

– Что насчет пехотной брони для гориллоидов? – спросил я Вальтера.

– Норма, командор, – заверил меня Шлот. – Работаем в этом направлении. Те доспехи, которые передал нам генерал-майор Некрасов, сделаны из неизвестного науке бронепласта, в несколько раз превосходящего по прочности сонимские образцы. Все, что с ним можно сделать, так только расплавить. Затем произвести примерку на конкретного гориллоида, и по его форме отлить индивидуальный доспех. В общем, из трех человеческих комплектов сделаем один гориллоидский.

Вот так операция «Прорыв» и входит в фазу подготовки, еще недели три и можно будет провести боевое слаживание. Полсотни «Саблезубов», тридцать Меченых в доспехах пасынков бога и 444-й особый батальон, мощный силовой кулак, который прорвется до столичной эльфийской планеты и разнесет там все в пух и прах. Эх, а если удастся еще своих воинов не засветить и показать только гориллоидов, то и совсем красиво получится.

Глава 17

Планета Земля. Россия. Подмосковье. 28.12.2015

Две недели группа Толстого металась по всему Подмосковью, творя справедливое возмездие, как он сам его понимал. За это время, кроме губернаторского племянника, были отработаны еще три цели: прокурор одного подмосковного городка, полковник полиции и наркобарон. Полковника и прокурора работали по информации, полученной от Самойленко-младшего, а вот на наркоторговца Гиви Думбадзе заказ поступил сверху. Групп в Московской области было немного, везде не успевали, так что приходилось некоторым командам ломать свои планы, дабы успеть отстрелять некоторых особо одиозных лидеров преступного мира и коррупционеров, пока они за границу не свинтили. Нет, большинство ублюдков могло бежать в любую минуту, никто их не держал, их время придет позже, но были такие, особо опасные, которых из страны выпускать не следовало. Именно таким, особо опасным, в координационном центре посчитали и Думбадзе.

Гиви встретили по классической типовой схеме, так как знали, когда, на какой машине и по какой дороге он поедет. Каратели дождались, когда его машина покажется на трассе Дмитров – Москва, и пустили ему навстречу трактор К-700, взятый покататься в одном из еще живых колхозов за два ящика водки. За рулем К-700 сидел отмороженный на всю голову Колюня, как оказалось, получивший в ПТУ профессию механизатора.