Один из ключевых жизненных навыков, который дети обязаны выработать, — это способность жить без нас.

7. Ущерб детской психике

* * *

В 2013 году появилось беспокойство по поводу плохого психического здоровья учащихся вузов, в особенности тревогу вызывало количество студентов, принимающих лекарства от депрессии. Чарли Гофен, отставной председатель совета The Latin School of Chicago — частной школы, в которой учатся примерно 1100 детей, отправил эту статистику коллеге и спросил: «Как вы думаете, родители в вашей школе предпочтут, чтобы у ребенка была депрессия в Йельском университете или чтобы он был счастлив в Аризонском?» Ответ последовал быстро: «Подозреваю, что 75 процентов родителей предпочли бы первый вариант. Они полагают, что в таком возрасте с психологическими проблемами ребенок справится, а вот вернуться в прошлое и получить степень Йельского университета не получится»[121].

У нас более чем благие намерения. Мы самозабвенно любим детей и хотим для них только самого хорошего. И тем не менее из-за сочетания страха, гонки за поступление в колледж и, наверное, желания потешить собственное эго мы совершенно неправильно воспринимаем, что для детей «лучше». С одной стороны, мы не хотим, чтобы дети бились головой об стену, и защищаем их от обид, а с другой — рискуем их психическим здоровьем.

Вот статистика, на которую, вероятно, ссылался Чарли Гофен.

В проведенном в 2013 году опросе директоров консультационных центров колледжей[122] 95 процентов респондентов заявили, что количество студентов с существенными психологическими проблемами вызывает все большую озабоченность, 70 — что за последний год увеличилось количество студентов с тяжелыми психологическими проблемами, а 24,5 процента обращающихся к ним студентов принимают психотропные препараты (эти лекарства меняют уровень химических веществ в головном мозге, чтобы скорректировать настроение и поведение. Наиболее часто применяются нейролептики, антидепрессанты, лекарства от синдрома дефицита внимания и гиперактивности, противотревожные препараты и стабилизаторы настроения).

В более ранней версии этого опроса, опубликованной в 2012 году, говорится, что с 2000 года студенты стали обращаться в центры психического здоровья на 16 процентов чаще. За тот же период серьезные психические состояния, например депрессия и тревожность, заняли первое место среди причин, по которым студенты обращаются к специалистам по психическому здоровью в кампусе, вытеснив проблемы в отношениях.

В 2013 году American College Health Association опросила почти 100 тысяч учащихся из 153 вузов о состоянии их здоровья[123]. Когда респондентов спрашивали об их переживаниях за последние 12 месяцев, они отмечали следующее:

• 84,3 процента чувствовали подавленность из-за предстоящих дел;

• 79,1 процента чувствовали крайнюю психическую усталость;

• 60,5 процента испытывали сильную грусть;

• 57 процентов — полное одиночество;

• 51,3 процента — подавляющую тревожность;

• 46,5 процента — безысходность;

• 38,3 процента — всеохватывающий гнев;

• 31,8 процента страдали такой степенью депрессии, что им сложно было нормально функционировать;

• 8 процентов всерьез обдумывали самоубийство;

• 6,5 процента намеренно наносили себе порезы или иные повреждения.

Вузы, включенные в это исследование, располагались во всех штатах США. Это были и небольшие гуманитарные колледжи, и исследовательские университеты, и религиозные учреждения, и технические, небольшие, средние и очень крупные. Кризис психического здоровья — проблема не только Йельского университета, Стэнфорда и Гарварда. Проблемы с психикой угрожают детям повсюду. Рост такого рода осложнений среди студентов может быть отражением нашего стремления толкать их к достижениям в учебе, однако, поскольку это явление наблюдается в сотнях школ всех уровней, причина, видимо, не только в желании попасть в элитные школы, но и в какой-то грани американского детства как такового.

Гиперопека и психическое здоровье

«Да, но можно ли говорить о том, что излишняя опека — причина усугубившихся проблем с психическим здоровьем?» — спросите вы, и будете правы, потому что в нашем распоряжении нет доказательств причинно-следственной связи между этими явлениями. Тем не менее многие недавние исследования показывают корреляцию.