Читаем Отпечатки полностью

— Да, — засмеялся Тычок. А потом сунул два пальца в рот. — Во, Бочка, — хошь получить свое канапе взад?

— Да-да… — пробормотал в ответ Бочка (руки его порхали со стола на стол, а мысли были заняты тысячей разных вещей). — Обхохочешься, Бочка. Обхохочешься. А теперь шевелите поршнями, лады?

Пол и Тычок неторопливо направились прочь — и они изрядно похихикали, эти двое.

— Черт побери, — сказал Тычок, рывком распахнув дверь в столовую. — А он прав — точно народ спускается и вообще. Тедди уже здесь, смотри. Фрэнки и Джон-Джон. Где только Джон-Джон откопал этот костюм? Ты глянь на его пиджак, Пол.

Пол кивал.

— Симпатичный, — согласился он. — С Сэвил-роу[89] небось. В смысле — где в наши дни достанешь бархатное блескучее шмотье с позументами, кроме как на Сэвил-роу? Слышь, Тычок, — я тут в раздумьях насчет кресла Лукаса? Это сюрприз. Я одолжил здоровенную такую штуку, типа трон, у одного дизайнера из Пимлико. И еще один, поменьше, для Элис. Я так прикидываю, им чертовски понравится. Не уверен, снять покрывала сейчас или подождать, ну, пока пьеса не начнется. Ты чё скажешь? Привет — а вон и Джуди. Привет, крошка! Как дела? Нормально, а, Джуди, любовь моя?

— Кроны!.. — восхитился Тычок. — Во как. Слышь, Пол — Джон-Джонов бархатный пиджак, да? Он напомнил мне случай, когда мы с Бочкой выпивали в Уэст-Энде, в таком реально крутом месте, и все, типа, на нас таращились и всякое такое, потому как, небось, решили, что мы жуть как вульгарны. И там сидел этот парень, да? Ну правда глазел на нас вовсю, да, — и я подошел к нему и сказал: прикольный у тебя пиджак, парень, с искоркой. А он презрительно так лыбится, да? И говорит, ну да, оно и видно, сколько ты смыслишь, да? Это никакой не пиджак с искоркой, говорит он, — это смокинг. Да? говорю. Ну, скажу я тебе, сынок, — может, это и был смокинг, но теперь это в натуре, бля, пиджак с искоркой, я тебе говорю, потому что я его только что поджег! Видел бы ты его рожу! Как подскочит, как давай себя руками хлопать, и все тамошние пидорасы заверещали, и вообще. Зашибись было — чесслово.

— Привет, Пол, — улыбнулась Джуди. — Веселого Рождества. Веселого Рождества, Тычок.

— Здорово, Джуди, любовь моя. — Пол дважды ее поцеловал. — Да — у тебя замечательное как его там. Так что, гм, — Тычок? Погоди секундочку, Джуди, хорошо? Слышь, Тычок, — так что: ты его поджег, что ли?

— О да — самую капельку! Мы-то с Бочкой смылись — но как они визжали, ты бы слышал! Прям истерика. Мы с Бочкой чуть животики не надорвали. Да. Вот по таким вещам я скучаю…

— О чем это вы, парни, говорите? — лукаво поинтересовалась Джуди. — Нет — не рассказывайте. Кажется, мне совсем не хочется знать. Пойдемте. Шампанское. По-моему, все уже здесь. Займем свои места. Захватывающе, правда?..

И Пол широко улыбнулся.

— Ага, — сказал он. — Ага. Еще как.

— Смотрю, ты достал эти свои кресла, — произнесла Джуди. — Какие они, Пол? Они очень большие? Жду не дождусь. Смотри — я передним кладу подарок Лукаса, да? На этот как бы стул. Боже, надеюсь, Лукасу понравится. По-моему, он просто замечательный. Очень необычный. Ну ладно. Знаете, он может открыть его и сегодня. Или на утро оставить. О господи. Я не знаю, как я дотерплю, если он оставит его на утро…

— Не беспокойся, Джуди, любовь моя: ему понравится. Обещаю. Слушай — мне надо отойти и поговорить тут чуток, хорошо? Отличное, должен сказать, платье. Обожаю кружева.

Джуди зарделась от удовольствия.

— Правда? Тебе правда нравится? Тебе не кажется, что оно слишком?..

Пол покачал головой и наклонился, чтобы поцеловать ее в щеку.

— Оно просто прекрасно… — сказал он.

Но глаза его сейчас так и бегали туда-сюда. Декорации хороши, можно особо не сомневаться. Я отремонтировал регулятор основного света вон там, смотрите, — но, думаю, не стоит зажигать все канделябры, прежде чем мы правильно, ну, усядемся и все такое. Вы их засекли? Канделябры? Барокко, весят добрую тонну, точно вам говорю. Они тоже от приятеля в Пимлико. Его прет от больших вещей. На киношниках куш срывает. Да. Ну ладно. Сцена готова. Джуди пристроила все костюмы на вешалках за сценой — по алфавиту, путаницы не будет. Повсюду расклеены афиши — Джейми трудился на прессе как проклятый. Итак. Пожалуй, пойду перекинусь парой слов с ребятишками, вот что я сделаю — с маленькими Бенни и Мэри-Энн, вон они стоят. Хорошо, что они здесь, скажу я вам, потому как не важно, что вы, типа, устроите на Рождество, это ни хрена не значит, да? Если в доме нет пары ребятишек. Но погодите-ка — а это еще что? О боже мой — это всего лишь Фрэнки? Идет прямо ко мне и уже расставила руки для объятий и вытянула губки для чмоки-чмоки поцелуев. Разряжена в пух и прах. И так приятно пахнет. Знаете — не так давно я б на эту клевую куколку повелся.