Однако это только один пример самоорганизованной реакции. Практически за одну ночь появилась масса групп вроде «Сообщества Нью-Йорка за перемены», «Фонда перестройки Стэйтен-айленд»[81] (который помог отреставрировать более 1000 незастрахованных домов), «Поможем Рокэвэй»[82] и других, которые с помощью Facebook нашли волонтеров, чтобы помочь убрать завалы.

Однако самыми результативными, пожалуй, стали действия группы «Захвати – восстановление после „Сэнди“» (Occupy Sandy Recovery). В нее вошли многие из тех, кто участвовал в акциях «Захвати Уолл-стрит», поэтому неудивительно, что волонтеры группы первыми развернули пункты питания и центры раздачи пищи и вещей. В 2011 году в лагере Зукотти-парка они научились помогать людям, хотя, конечно, и не в том масштабе, в каком им пришлось это делать после «Сэнди».

Координация раздачи пищи, одежды и денежных пожертвований являлась только частью организованной «Захвати» сети взаимопомощи. Они мобилизовали более 50 тысяч волонтеров – непосредственно после урагана их было больше, чем военных, – откачивать воду, убирать мусор, расчищать обломки и чинить дома. Практически ровно через год после того, как их силой выдворили из нью-йоркского парка, волонтеры «Захвати» вновь вышли на улицы. Они пробыли там еще долго, даже когда уже была оказана первая неотложная помощь, чтобы восстановить жизнь в значительной части города.

Однако они занимались не только восстановлением жилых домов. Sandy Recovery возродили репутацию движения «Захвати» в глазах нью-йоркцев. Роз Мэйз, инструктор по фитнесу, работавшая волонтером в одном из их пяти нью-йоркских центров, призналась: «Если быть совсем честной, я думала, что участники движения „Захвати Уолл-стрит“ – чокнутые хиппи. А оказалось, что они умеют потрясающе преобразовывать сообщества людей. Это организация таких же простых людей, как все мы, которые просто хотят помочь».

Впечатляет, что на сайте Occupy Sandy были размещены не только подробности того, как «помочь и восстановить». В библиотечном разделе людей приглашали поделиться мнениями относительно изменения климата и капитализма катастроф, а их проект Storyline позволил очевидцам выплеснуть свои переживания, рассказав о том, что случилось с ними после катастрофы. Это были добровольцы, вышедшие на улицы, чтобы регулировать дорожное движение, когда сломались светофоры; музыканты, которые устраивали мастер-классы в лагерях для пострадавших; женщины, которые крутили велосипедные динамо-машины, чтобы зарядить мобильные телефоны, когда отключилась электроэнергия.

Хотя приоритетом была помощь другим, а не учеба, те, кто был связан с проектами Occupy Sandy и Storyline, совершили огромный образовательный скачок. Они узнали об изменении климата; о санитарии в чрезвычайных ситуациях; о сплоченности сообщества; о посттравматическом стрессе; об альтернативных источниках энергии; об управлении катастрофами – и список можно продолжать. Поразительно, что они научились сообща слагать убедительные устные истории и представлять движение «Захвати» как местную организацию самопомощи способами, не применявшимися в 2011 году. Это было обучение живым делом.

Личные истории членов Sandy Recovery рисуют яркую картину того, что люди могут сделать, чтобы помочь самим себе, когда государственные службы не справляются со своими задачами. Кроме того, они вновь возрождают утраченное чувство общности. Некоторые из рассказчиков замечали, что «даже как-то взгрустнули, когда все закончилось и мы разошлись по домам». Глобальная обучающая община лучше всего проявляет себя в критической ситуации.

Просто сделай это

Если волнения 2011 года в Англии были тревожным сигналом о том, что пора сделать общественное участие в политике более высоким приоритетом, менее освещенный в прессе аспект волнений помог показать, как это устремление можно реализовать. Посмотрев 8 августа 2011 года телевизионный репортаж о поджоге мебельного магазина в Кройдоне, писатель и художник Дэн Томпсон призвал людей помочь привести все в порядок. На следующее утро я работал на своем ноутбуке, и вдруг среди всеобщей подавленности и плохих предчувствий случилось кое-что по-настоящему замечательное.

К середине утра начало появляться множество твитов с хэштегами «#riotcleanup»; помочь захотели десятки тысяч людей. Этот хэштег стал вторым по популярности в мире. Одна картинка, получившая название «Армия швабр» (сотни швабр, взятых наизготовку на лондонской улице), за час обошла весь мир, став своеобразным символом.

За такую возможность быстро ухватились политики. Мэр Лондона Борис Джонсон сфотографировался со шваброй, а премьер-министр Дэвид Кэмерон впоследствии упомянул об этой кампании в своем выступлении на съезде Консервативной партии: «Дэн Томпсон смотрел по телевизору, как разворачиваются волнения. Однако он не остался сидеть, говоря, что „совет все уберет“. Он вышел в Интернет. Он бросил клич. И вместе с другими организовал социальное движение. Люди взяли швабры и вернули себе улицы».