Читаем Отголоски полностью

У родителей Евгении уже было два сына, и поэтому они очень обрадовались, что родилась девочка. Однако, когда плачущего ребёнка принесли на первое кормление, мама Евгении удивилась: «Это не моя дочь! Принесите мне мою дочку!». Младенца развернули, чтобы, по бирочке на ручке, доказать мамаше, что она ошибается. И обнаружили, что это – мальчик! А по коридору, из соседней палаты, уже неслась вторая мать, с воплями: «Там мой сыночек плачет!» Только эзотерики могут объяснить эту, непонятную для врачей и психологов, связь матери и её ребёнка, которая с возрастом может ослабнуть, или получить обратную направленность, но никогда не прерывается.

Так и началась дружба двух семей. Собственно, сознательно дружили, только родители, детей никто и не спрашивал, им просто не оставили выбора. Когда вас постоянно тягают друг к другу в гости, или на какие-то совместные мероприятия – в цирк, театр, зоопарк, в лес, на море… вы волей-неволей подружитесь. Правда Женечка с Евгенией не дружили, он дружил с её братьями, а она с его младшей сестрой, родившейся год спустя.

Как они оказались вместе, было для всех загадкой. Родители Женечки уехали на заработки, да там и остались, вскорости забрав всё семейство. А у Евгении умер отец, и они тоже переехали в другой город, поближе к маминой родне. Сначала семьи созванивались, переписывались, потом остались лишь эсэмэски на праздники, а со временем и они заглохли. Женечка женился и растил сына. А Евгения, после двух неудачных замужеств и счастливых разводов, так и жила сама. С мужиками ей не везло, хоть поклонников всегда хватало, да и замуж звали. То ли выбирать не умела, то ли была чересчур простодушной, в своём желании исправить мир, и в своей вере в искреннюю и бескорыстную любовь.

Встретились они совсем неожиданно. Евгения пила малюсенькими глоточками горький кофе и тоскливо думала, что зря она соблазнилась на эту поездку. Последний раз она была на море ещё ребёнком, с родителями. И когда директор предложил ей премию на выбор – деньгами, купонами в магазин, или оплаченной поездкой на море, стоившей раз в десять больше предлагаемой суммы, она выбрала последнее. Поездка конечно была шикарной, грех жаловаться. Да иначе и быть не могло. Директор спланировал её для своей супруги, а та, в последний момент, устроила ему скандал и укатила заграницу.

На выходе из аэропорта, Евгению встретил представитель гостиницы, и подхватив сумки понёс их к солидному чёрному БМВ. Он же занёс её багаж в холл, передав с рук на руки другому служащему, который привёл её в номер и, отсканировав данные паспорта, ушёл.

Она ожидала, что номер будет роскошный, но даже не предполагала, что настолько: холл, кабинет, кухня, спальня, небольшой бассейн с джакузи, вместо ванны, и огромный балкон с видом на море. Она чувствовала себя потерянной и одинокой в этих апартаментах и с радостью покидала их.

Но ходить особенно было некуда: парочка захолустных музеев да неопрятный, неуютный, наполовину засохший парк. Были ещё танцы, но туда приходили, в большинстве уже парами, да и не любила она чужих назойливых прикасаний и маслянеющих взглядов. На пляже было жарко, к тому же ей было неимоверно нудно валяться часами на песке или лежаке. Поэтому, несмотря на то что в гостинице у неё был полный пансион, значительную часть времени она проводила на открытой веранде небольшого уютного ресторанчика, потягивая кофе, глядя на бегущие волны, птиц, облака… и думая, как бы дотерпеть оставшиеся полторы недели этой тягомотины, именуемой отдыхом.

Из задумчивости её вывел резкий мужской голос, неожиданно прорезавший полдневную тишину: «Не хочешь – не ешь! Оставайся голодным! Только потом не плач мне, что ты кушать хочешь!» Евгения обернулась. Через несколько столиков от неё, мужчина пытался впихнуть в малыша кусок рыбы в томате, украшенной свёклой и зеленью. Ей стало интересно удастся ли ему это мероприятие и она развернула стул. Мужчина, почувствовав взгляд, мельком оглянулся на неё, потом ещё раз, а потом обернулся и внимательно вгляделся в её лицо:

– Женя?

– Да, – удивилась она, – а вы кто?

– Женька, да ты что? Совсем не узнаёшь меня? Смотри, Виталик, это тётя Женя! – сказал он своему сынишке. – Мы с ней дружили, когда были ещё меньше тебя, и слушались родителей, если ты сейчас же всё не съешь, мне будет стыдно.

Мальчик надул губки и упрямо опустил голову. Евгении стало смешно: ну в самом деле, нашёл чем взять ребёнка. С чего бы ему стыдиться какой-то чужой незнакомой тётки?! Однако сейчас её занимало другое:

– Так Вы… ты… Женечка? – поразилась она, что он узнал её через столько лет, при случайной встрече, в абсолютно чужом, для обоих, городе.

– Конечно «ты», только «ты», – засмеялся мужчина, – не могу же я обращаться на Вы к девочке, разбившей мне самолётиком голову.

– Ну что же, тогда принимайте в свою компанию! – пересела она, смеясь, за их столик и обратилась к малышу: «А тебя как зовут?» – Но мальчик и не собирался разговаривать с этой странной тёткой, которая забрала у него отцовское внимание.