Читаем Отец и сын полностью

В августе 1974 г. в журнале Академии наук СССР «Успехи химии» опубликована без соавторов обзорная двадцатистраничная статья «Определение устойчивости слабых органических комплексов методами УФ-спектроскопии», которая мгновенно принесла автору широкую известность. Только из-за границы (Япония, Бельгия, Италия, США, Польша, Чехословакия…) поступило не менее полусотни запросов на оттиск. Через некоторое время мне запретили отправлять оттиски за границу под предлогом авторских прав СССР. Действительно, журнал «Успехи химии» продавался за рубежом в английском переводе и я, как автор, получил 96 рублей с копейками в чеках Внешторгбанка (мелочь, конечно, но Нина в «Берёзке» что-то приобрела). Сдерживание личных контактов с заграничными учёными большая дурь, тем более, что я очень активно использовал переписку для получения оттисков интересующих меня зарубежных (и не только) авторов. Имел отдельные папки с работами крупнейших учёных в области молекулярных комплексов. Переписывался с авторами и самостоятельно перевёл книги R.Foster «Комплексы с переносом заряда», J.Rose «Молекулярные комплексы», последний перевод можно было печатать, но не дошли руки.

!8.11.74 г. пришла телеграмма о смерти Гены Неупокоева. Для меня потрясение, тем более, что внешне Гена шёл на поправку и через несколько дней собирался вылететь в полностью оформленную командировку в Японию. Летел на похороны ночь туда, следующую ночь обратно. Родственники были очень рады моему приезду. По дороге купил много красных гвоздик. Похороны на даче (Ярославское направление электрички). Гена умер, а на даче живут его родители «на птичьих правах» (без прописки), причём в очень натянутых отношениях с Надей Неупокоевой. По приезду в Тюмень начал собирать деньги на памятник, но удалось собрать только 100 рублей, включая мои 20. Давно заметил чёрствость большинства наших людей по отношению к ушедшим в мир иной. На словах сочувствие, но только речь заходит о реальной помощи… Вспомним поэта: «Это нужно не мёртвым, это нужно живым!»

Работать в ТИИ становилось всё труднее. Постоянная мрачность может в дурдом загнать. Занялся составлением фраз и мелких юморесок (навела 16-я страница «Литературной газеты», чрезвычайно популярной в описываемый период). Многие фразы навеяны конкретными личностями факультета и я сознательно укладывал их под стекло на своём письменном столе на кафедре, «обкатывая» на любопытных. Периодически фразы кто-то изымал, писал новые. Короче говоря, «искал на жопу приключений». Кое-что (очень немного) сохранилось. Вот несколько примеров.

«Спрашивать отсутствующего демонстрация деловитости.»

«Рождённый ползать не в состоянии передвигаться даже на коленях.»

«Словесная паутина.»

«Докладная приятная возможность сделать неприятность законным путём.»

«Замочная скважина окно в мир прекрасного.»

«В 45 и мужчина ягодка опять.»

«Устойчивый запах сероводорода один из внешних признаков полной импотенции.»

«Критика полезна всем, кроме критикуемого. Чем выше он залетел, тем более тупым серпом владеет.»

«Психологически пластуны и трясуны однояйцовые близнецы.»

«Шарканье ногами сексуальная патология, а не признак старости». Данная фраза стала заголовком нереализованной идеи юморески на тему Магарила, расписано оглавление…

«Ощутив вкус плода Ева вдруг почувствовала, что только красивое одеяние может позволить ей продолжать есть яблоки.»

Лучшими из своих фраз считаю:

«Комедия «Ревизор» бессмертная трагедия России.»

«Категоричность в суждениях признак ограниченности.» Это выражение взято в качестве девиза «Хроники ТНХК».

Наконец, 4 января 1975 г. направил в «Литературную газету» законченный «перл» под названием «Рекомендации кандидату-оптимисту.» Естественно, отправил под псевдонимом, не напечатали, прислав вежливый отказ редактора раздела Веселовского. Просмотрел юмореску через два десятка лет и вижу, что она отражает брожение мыслей автора в то время: продолжать заниматься докторской или бросить всё к чёртовой матери. Цитирую.

Если ты мечтаешь стать доктором учти следующее.