Читаем Освенцим полностью

Тем временем 20 января, через четыре дня после прибытия первого эшелона с евреями из Лодзинского гетто в Хелмно, на вилле СС на берегу Ванзее, озера в предместье Берлина, проводилось совещание представителей министерств и ветвей власти нацистской Германии. Это позорное сборище получило печальную славу как самое важное событие в истории нацистского «окончательное решение еврейского вопроса», геноцида еврейского населения Европы. Совещание созвал Рейнхард Гейдрих, который пригласил высших руководителей разных государственных институтов принять участие в дискуссии по еврейскому вопросу. К каждому приглашению прилагалась копия постановления, полученного Гейдрихом от Геринга 31 июля 1941 года, – рассмотреть проблемы по «окончательному решению еврейского вопроса» (хотя, как уже говорилось в первой главе, едва ли выражение «окончательное решение еврейского вопроса» имело в июле 1941 года тот же смысл, который оно приобрело в январе 1942 года). Кстати, само заседание назначалось на 12 часов, но гости приглашались с утра: в приглашениях упоминалось, что будут «напитки и закуски». Встреча проходила по адресу: ул. Ам Гроссен Ванзее (Am Großen Wannsee), дом 56–58, в особняке «Марлир», который когда-то использовал Интерпол – международная организация, основной задачей которой является объединение усилий национальных правоохранительных органов в области борьбы с общеуголовной преступностью. Следует напомнить, что люди, собравшиеся за круглым столом на Ванзейской конференции, были должностными лицами одной из самых больших стран Европы, исправно получавшими жалование от государства, а не какими-то уличными террористами, хотя их преступления оказались страшнее, чем деятельность всех «обыкновенных» уголовных преступников в мировой истории. Не менее важно учесть еще один факт, поскольку сегодня некоторые все еще твердят о необразованных «уголовниках из низов»: семеро из пятнадцати сидевших за столом имели степень доктора, полученную в немецких университетах.

Первоначально приглашения были разосланы в ноябре 1941 года, и конференция назначалась на 9 декабря, но вследствие бомбардировки Перл-Харбора была отложена. Поэтому одним из вопросов истории, на который никогда не получить ответа, является: а каким было бы содержание Ванзейской конференции, если бы события на Тихом океане не отсрочили ее? Конечно, целью нацистов по-прежнему был бы геноцид, направленный на «окончательное решение» «еврейской проблемы», но, возможно, дискуссия направилась бы на возможное послевоенное решение или на реальные попытки учредить рабочие лагеря для евреев, депортированных из Европы на Восток. Теперь мы можем только строить предположения… Несомненно, лишь одно: вступили бы Соединенные Штаты в войну или нет, а Ванзейская конференция в любом случае была важной встречей для Генриха Гиммлера и Рейнхарда Гейдриха. На протяжении осени 1941 года нацистскому руководству из разных источников поступало множество инициатив по осуществлению геноцида евреев. Для Гиммлера и Гейдриха Ванзейское совещание было необходимо, кроме всего прочего, для того чтобы скоординировать свои действия и доказать, что СС – бесспорно, единственная организация, управляющая всем процессом депортации.

Темы, обсуждавшиеся на Ванзейской конференции, известны главным образом потому, что одна копия ее протокола, который составил оберштумбанфюрер СС (подполковник) Адольф Эйхман, «еврейский эксперт» Гейдриха, уцелела в огне войны. Записи Эйхмана на этой встрече имеют огромную историческую важность, так как это один из немногих документов, проливающих свет непосредственно на процесс разработки четкого плана реализации «окончательного решению еврейского вопроса».