Читаем Остров Вальгалла полностью

Он сказал твердо и при этом опустил голову, даже слегка набычился, однако это все было рисованное, потому что внутри у него появилось радостное чувство, что он подбирается к основной цели операции и, возможно, сумеет выяснить, как и для чего используются руководством школы лучшие из курсантов.

* * *

Вторым прыгал Усольцев. После приземления чувства так переполнили его, что он сначала победно вскинув вверх руки, а когда опустил их, не полез в карман за сигаретами. Наверное, даже не подумал о том, чтобы закурить. Уже из одного этого можно было сделать вывод, что для Александра такой прыжок стал большим событием, и ему действительно было трудно перешагнуть через чувство собственного вполне естественного и непостыдного страха. Но он перешагнул и сделал это не для того, чтобы кому-то что-то доказать, а для себя, для самоутверждения. И сам оценил это больше и сильнее других.

Следом за Александром прыгнул Караваев. Вадим не рисовался, не проявлял своей радости, но глаза у него светились ярко и радостно, и можно было понять, что и ему было непросто. Следом за Вадимом прыгал рыжебородый Славик, который не захотел привязывать страховку к ногам, а привязал ее к поясу и прыгал не вниз головой, как первые прыгуны, а прямо, что называется, солдатиком. Но Славик и этим прыжком был доволен и скрыть свою улыбку не сумел.

– Почти вся гвардия отпрыгала, – сказал майор Счастливый. – Последний сейчас пойдет.

Похоже было, что майор обратил внимание на то, что первые прыгуны держатся один рядом с другим и образуют группу. В принципе никакого запрета на создание группы быть и не могло, но все же было неприятно, что это заметно. Хотя название группы гвардией тоже о чем-то говорило, но это скорее всего было следствием удачных действий в рукопашном бою старшего лейтенанта Ратилова.

Валеру готовили к прыжку, как все заметили, долго.

– Следующий что, прыгать раздумал? – непонятно кого спросил Счастливый.

Майору никто не ответил. А через несколько секунд и сам цыганистый Валера подошел к краю крыши и поднял руки. В отличие от рыжебородого Славика, Валера решил прыгать ласточкой, то есть прицепив страховку к ногам. Он прыгнул и полетел красиво. В Челубеевске была сильная школа прыгунов в воду, и многие через эту школу прошли, как и Станислав. Похоже было, что и Валера тоже когда-то прыгал, хотя сам упоминал только легкую атлетику и бег на средние дистанции. По крайней мере, координацию тела в полете он продемонстрировал. Но уже в середине полета Станислав словно почувствовал неладное. Отчего-то вдруг чаще заколотилось сердце. Он не видел ничего, но ощущение было такое, словно видел. Наверное, сработало предчувствие. Валера пролетел весь путь за секунды, но в тот момент, когда веревка выходила в натяжение и плавно перебрасывала прыгуна из прямого полета к земле в маятниковое движение, переброса не произошло, и Валера как летел со всей скоростью вниз головой, так и упал головой в щебень.

Никто слова не мог произнести, никто не мог сразу адекватно трагическим обстоятельствам среагировать. Да и как можно адекватно среагировать, если человек упал головой вниз с тридцатиметровой высоты. Результат такого падения сомнений ни у кого не вызывал. Только что совершившие свой прыжок курсанты были еще переполнены собственным восторгом, и никто даже подумать не успел, что с любым из них могло бы произойти то, что произошло с Валерой.

Первым все же пришел в себя Ратилов. И побежал к месту падения товарища, за ним – другие курсанты и два охранника фирмы «Тор». Только один Счастливый присел рядом с лебедкой и двумя руками обхватил голову. Со стороны казалось, что майор даже стонал так, будто это он прыгал и сильно ударился головой.

Курсанты остановились рядом с разбившимся Валерой. От головы после удара о щебень осталась практически одна челюсть, и никто не хотел подойти близко, то ли брезгуя разбрызганной кровью, то ли вообще из боязни смерти, даже чужой. Только один Станислав, трупов в своей жизни уже насмотревшийся и крови не брезговавший, подошел ближе, но не к голове, и даже пульс на уродливо выломанной руке нащупывать не стал. Ратилов сразу осмотрел ноги. Что случилось, почему Валера сорвался? И увидел, что у карабина выломан язычок фиксатора. Карабин был вроде бы тот же самый, с которым прыгали и Ратилов, и другие. Но тогда, на первых прыжках, язычок фиксатора был на месте. Сейчас его выломало и выбросило куда-то, оставив карабин незамкнутым. Устройство было сделано из прочной стали, выглядело мощным и крепким, способным выдержать слона, если тому вздумается прыгнуть с Килиманджаро, но язычок у карабина, помнится, был жестяным и прижимался к нему пластинчатой пружиной. Вообще-то веревка в язычок упираться и не должна бы, разве что может проскользнуть, едва коснувшись, а при проскальзывании язычок выломать никак нельзя.