Читаем Остров полностью

Я не мог ей объяснить, какая разница. Не мог говорить вслух о трех годах унижений, когда я никогда и ни в чем не бывал победителем и не мог и мечтать, чтобы мое имя было выгравировано на серебряном кубке Осни, да хоть на маленьком блюдечке. Три года подряд Себа короновали как чемпиона чемпионов. А зеленым кокосом мы непременно разживемся. Но если я хочу оказаться тем, кто его добудет, лучше поторопиться. Уж в чем, в чем, а в тренировках Себ разбирался, и, судя по словам Флоры, он уже не первый день готовил себя к тому, чтобы завоевать главный приз острова. Надо мне подключить голову к этой игре, да поскорее. Преимущество Себа — если это преимущество — заключалось в тупой и грубой мускульной памяти. Если он будет раз за разом карабкаться на скользкий ствол, однажды он достигнет своей цели просто благодаря неустанным повторам. Мое же оружие — мой разум, моя хитрость. Мне удалось сделать мебель для Бикини-Боттом, и это придало мне уверенности. Конструировать я любил с раннего детства, много возился с безумными изобретениями из серии «Хит Робинсон»: автодоставка шариков-марблз, парковка для игрушечных автомобилей. Настала пора построить что-то новое.

Самым простым решением было бы, разумеется, срубить пальму, но мы уже пытались, когда собирали дрова для костра, и ствол оказался слишком прочным для наших самодельных топоров. Да и как-то неправильно рубить дерево ради его плодов — слишком примитивно, в духе Себа. Мне требовалось нечто более тонкое, изысканное.

Я прикидывал, нельзя ли накинуть на кокос лассо, как в фильмах о Диком Западе, но, сколько мы ни обследовали остров, прочной лозы так и не нашли. Волокна бамбука вполне годились для изготовления мебели, но веревку из них не сплетешь: они слишком короткие и липкие. Единственной прочной бечевой на всем острове оказались струны от скрипки Джун, но даже если связать их друг с другом, это не дало бы и трети нужной длины. Ответ, как это обычно со мной бывает, я нашел в книге. В особенной книге. Когда мы наткнулись в самолете на Библию, я решил прочесть ее целиком. В конце концов, ее прочло больше людей, чем даже «Гарри Поттера», почему бы не присоединиться к большинству. Поначалу сплошная скукота, страница за страницей занудная родословная, кто кого родил. Но потом пошло веселее, появилось и немало вполне увлекательных рассказов. План, как добыть зеленые кокосы, мне подсказала история про Давида и Голиафа. Давид — вам следовало бы это знать — был невысокий юноша, который сумел убить великана Голиафа одним камнем из пращи. Что ж, я тоже хотел одолеть великана, значит, нужно сделать пращу.

Я ни с кем не делился моим замыслом. Себ снова тренировался, лазил на ближайшее к Бикини-Боттом дерево на глазах у всех, и его популярность с каждым днем росла. Даже Миранда, похоже, оттаяла при виде полуобнаженного Себа, мышцы выпирают, карабкается на дерево, словно здоровенная обезьяна. Все они, думал я, желают ему победы. Иуды. Или нет, постой: Юдифи.

Я решился таиться и добиваться своей цели втайне. Мы, кротики, обычно так и делаем. Наше царство, как правило, не выходит за пределы нашей комнаты. Все новые миллиардеры — ну, вы знаете, основатели Фейсбука, Амазона, Нетфликса, Гугла (кротики и ботаны все как один) — приступили к созданию империй прямо из своей комнаты. Так что я подыскал себе нечто, более-менее похожее на отдельную комнату: маленькую росчисть посреди Изумрудного леса, где в самой середке росла пальма с двумя здоровенными кокосами. Рядом не было другого достаточно высокого дерева, которое помогло бы подобраться поближе к кокосу, но меня это не волновало. Я собирался попасть в яблочко прямо с земли.

Я взялся за сооружение боевой машины, всячески уговаривая себя, что успею ее закончить прежде, чем Себу удастся его стопятнадцатая попытка. Я чувствовал: от того, кто первым добудет зеленый кокос, зависит, как дальше пойдет наша игра, и я не мог допустить, чтобы Себ вырвался вперед. Если кокосы окажутся так вкусны, как я их себе представлял, Себ обеспечит клубу «Завтрак» еду, не требующую для приготовления огня, а это уже прямая угроза для меня. Я трудился дни напролет, прерываясь только на охоту и разжигание костра. Я понятия не имел, как без меня обходятся остальные, улучшаются ли отношения между ними или старые обиды загноились. Это все я выбросил из головы. Меня занимала только моя катапульта. Человек против природы, ботан против громилы.