Как я себе это представляю, Уэзли и Тельма хотели, чтобы труп приняли за Уэзли, но, когда они делали «раз-два дружно» в пропасть, невозможно было предугадать, приземлится ли он лицом вверх или лицом вниз. Поэтому, чтобы перестраховаться, они над ним хорошенечко поработали.

Но все же, кто это? Определенно не Кит и не Эндрю. Где, черт возьми, им удалось раздобыть эту человеческую приманку для своей западни?

Оставив надежду отыскать нож Кимберли, я спрятал зажигалку в карман и вернулся к обрыву. Там осторожно перевалил через край и начал спускаться вниз по голой скале.

Спуск прошел за рекордное время.

Но шею я себе не свернул, даже ничего не сломал. И не потерял сознания. Спустя несколько часов, вскоре после рассвета, я смог снова подняться и идти.

Дорогу назад к лагуне я отыскал без особого труда и вышел к ее южному берегу. Опорожнив карманы шорт на камень, я снял кроссовки и носки — как здорово вновь оказаться босым! — зашел в воду и долго отмывал руки. Затем зачерпнул воды и напился.

Какое наслаждение!

Прохладная и чистая, совсем как в песне. (Собственно говоря, не так чтоб очень прохладная, но все равно изумительного вкуса.)

Напившись вдоволь, я зашел поглубже, чтобы открылась вся лагуна.

Вроде никого.

Тогда я нырнул. Вода подействовала на мою израненную и искусанную кожу словно смягчающий крем. Под водой я стал тереть лицо. Затем плечи, руки, грудь, бока и живот, пытаясь руками соскрести с себя пласты грязи.

После этого снял шорты и попробовал их отмыть. Совершенно чистыми они не стали, но выглядели уже не столь мерзко. Завершив постирушку, я подошел ближе к берегу и бросил шорты на ближайший камень. Затем, не теряя ни минуты, наклонился и прошелся по всем зудящим, болезненным и грязным местам ниже пояса.

Потом поплыл к водопаду и долго стоял под ним. Вода лилась мне на голову и на плечи, сбегала вниз, то расплескиваясь, то заливая меня сплошным потоком, смывая остатки пота, крови и всей той мерзости, оставшейся после Мата на моей спине.

Простоял я там, надо полагать, не менее получаса.

Затем вернулся на южный берег лагуны и вылез из воды. Найдя поблизости огромную каменную плиту с довольно плоской поверхностью, я влез на нее и лег.

И уснул. Если и снились мне какие-либо сны, то я их не помню.

* * *

Ближе к вечеру я добрался до нашего пляжа. К тому времени я уже перестал обольщать себя глупыми надеждами. Теперь я точно знал, что женщин там не найду.

Вид у лагеря был такой, словно сюда не ступала нога человека с тех пор, как мы его покинули несколько дней назад.

Костер давно потух.

Но я нашел свой ранец, открыл его и вынул оттуда тетрадь и одну из ручек.

Мой дневник стал теперь моим единственным спутником.

Сев на песок, я скрестил ноги, положил дневник на колени и раскрыл его. Перелистав уже довольно пухлую его часть, я остановился на чистой странице.

Затем написал: «День?.. А кто его знает какой», перевернул страницу и написал на следующей: «Размышления после возвращения к дневнику».

Когда тело встретит тело…

Чтобы все это записать, понадобилось чертовски много времени. Вчера утром я начал рассказывать о своей прогулке вверх по ручью прошедшей ночью. И уже почти наполовину закончил рассказ, когда осознал, что все станет гораздо понятнее, если соблюсти хронологический порядок и поведать о том, что случилось с нами на «последнем рубеже».

Но, видно, не получится у меня краткое изложение. Боюсь, я и не замечу, как пролетит день — и столько еще останется неописанным.

После возвращения на пляж костер я больше не разжигал (чтобы не выдать своего присутствия), так что о том, чтобы писать после заката, не может быть и речи. Пришлось прервать рассказ еще до того, как я слез с Мата.

Этим утром я завершил описание того, что случилось со мной в пропасти, и привел себя назад на берег.

Так что сейчас готов рассказать остальное, что произошло, когда я поднимался вверх по ручью (теперь уже две ночи назад) в поисках женщин. До перерыва и экскурса в недалекое прошлое я успел поведать примерно о половине пути. Но надо коснуться и неприятных вопросов и покончить с ними раз и навсегда. Только после этого я смогу с полным правом отложить в сторону ручку и заняться чем-то другим.

Последний раз вы меня видели над водопадом, рыскавшим голышом по джунглям с опасной бритвой в носке.

Место, где мы встретились с Кимберли, отыскалось без особого труда. Но без ее помощи найти дорогу оттуда к пропасти оказалось не так-то просто. Я даже заблудился. Неоднократно на глаза мне попадались знакомые валуны или деревья — все потому, что я мимо них совсем недавно уже проходил. Стало быть, я петлял кругами.

Но меня это не волновало, потому что я не спешил добраться до этой пропасти. Говоря по правде, мне туда вовсе не хотелось. Но пропасть (вернее, пространство над ней) была именно тем местом, куда мне непременно надо было попасть, так что я продолжал поиски.

И, в конце концов, все-таки попал туда. Робко выглянув из-за скалы, я обвел взглядом поле нашей битвы.

Залитое лунным светом, оно не было усеяно телами.

— Слава Богу, — прошептал я.