Читаем Остров полностью

Так что злоумышленнику достаточно было подкрасться к шлюпке сбоку со стороны моря и стащить ее в воду. Затем похититель, вероятно, поплыл, буксируя нашу лодку за привязанную к носу веревку.

Наша с Конни вахта началась в четыре утра. Мы уселись с разных сторон костра лицом друг к другу. Поэтому никто не смог бы приблизиться к нашему лагерю так, чтобы хоть один из нас его не заметил.

Расположиться подобным образом предложила Конни. Мы не только были на некотором расстоянии друг от друга, но даже не могли беседовать, не повышая голоса. Так что большую часть времени просто молчали. И меня это вполне устраивало.

И хотя мы все время внимательно поглядывали по сторонам, никто из нас не заметил ничего подозрительного. А, может, к тому времени шлюпка уже исчезла.

Примерно через час после начала нашей смены, повинуясь зову природы, я поднялся и на минуточку отошел к скалам. Тогда я, должно быть, расположился не более, чем в двадцати футах от места, где должна была находиться шлюпка. Не припоминаю, чтобы я ее видел, но не могу также утверждать, что не видел. Вероятнее всего, ее там уже не было. Но поручиться за это я не могу.

Чуть попозже туда же ходила и Конни — и по той же самой причине. Я было поднялся, чтобы сопровождать ее, но она меня остановила:

— Мне не нужны зрители, но все равно спасибо. О себе я пока что могу позаботиться сама. — И она потрясла в воздухе копьем. — Сиди здесь и занимайся своими делами.

Так что пришлось просто встать спиной к костру и проводить ее взглядом. Выйдя из света костра, она превратилась в пятно с неясными очертаниями. Видно было только ее тенниску, и то только потому, что тенниска была белой. Казалось, она парит над пляжем. Затем она стала подниматься вверх. Это означало, что Конни начала взбираться на скалы. Когда она была уже на самом верху, тенниска вдруг нырнула вниз и исчезла из виду.

Тогда я подумал, что Конни получила бы по заслугам, если бы ее там в этот момент накрыли.

Но этого не произошло.

И вскоре Конни снова оказалась у костра.

— Очень мило, — поздравил я ее.

— Прости, понимаю, тебе так хотелось посмотреть.

— Догадайся, кого бы обвинили, если бы наш местный Крюггер воспользовался возможностью и расправился с тобой, пока ты там заседала? Твой предок и без того считает меня ни на что не способным. Ты представляешь, что он сделал бы со мной, если бы тебя убили?

— Ха-ха-ха. А я думаю, ты только этого и ждешь.

— Ты что думаешь, я хочу твоей смерти?

Она обиженно фыркнула:

— Что невелика для тебя потеря, так это точно. Тебя интересует только моя мама — и Кимберли. Я ведь не такая привлекательная, да?

— Ну, в общем…

— Вот видишь?

— Это еще не означает, что я жажду твоей смерти. Нет, я хочу совсем другого: чтобы случилось чудо и ты перестала быть такой стервой.

На что она с ухмылкой ответила:

— Какие мы остроумные. — И с важным видом проследовала на свою сторону костра. Опустившись на песок, она скрестила ноги и положила на колени копье. — Не смей на меня даже смотреть, — приказала она.

Так что я и не смотрел в ее сторону.

По крайней мере, первые полчаса.

В какое-то мгновение она привлекла к себе мое внимание тем, что подняла над головой копье. Подняла и метнула его.

В меня.

Пролетев над языками пламени, копье острым концом устремилось мне прямо в лицо. Я едва успел вскинуть руку и отбить его в сторону.

— Как мило! — возмутился я. — Блин! Да ты могла просто убить меня этой штуковиной!

— Именно это и предполагалось.

— Рискни еще раз и, возможно, я забуду о том, что джентльмен, и засуну его…

— Пошел ты.

— Заткнись, пока все не проснулись, — всполошился я. Затем промямлил себе под нос что-то о том, какая она «бешеная сучка».

— Что ты сказал?

— Ничего. Закрой рот, ладно? Мы, кажется, на дежурстве.

Как ни странно, но наша ссора никого не разбудила. Во всяком случае, никто не прикрикнул на нас, чтобы мы прекратили.

Ни Конни, ни я до утра не промолвили больше ни слова. Но как я ни пытался не смотреть в ее сторону, мне это не удавалось. Ведь надо было убедиться, что она не собирается швырнуть в меня еще что-нибудь. И всякий раз, когда наши глаза встречались, она сердито хмурилась.

В конце концов наступил рассвет.

Эндрю проснулся и подошел к костру. Он был босой и без рубашки — в одних военных шортах.

— Чудесное утро, ребята! — поздоровался он и сделал несколько приседаний, выставляя вперед руки для равновесия. — Как прошло дежурство? — поинтересовался он, потирая ладони. — Никаких происшествий, надо понимать?

— Что это ты такой оживленный? — фыркнула Конни.

— Ага, мое чадо уже обидели, а солнце едва взошло. Милые поссорились? — спросил он.

— Отстань.

— Послушай совета отца: все уладится после хорошего энергичного заплыва. Хотите наперегонки? — улыбаясь и потирая от удовольствия руки, он перевел взгляд на море. — Мы устроим гонку до… — и он переменился в лице. Что-то было не так. Когда я поднялся на ноги, чтобы посмотреть, в чем дело, он тихо произнес: — И каким образом она там очутилась?