Читаем Остров полностью

Когда рак свистнет. Не с моими внешними данными. Такие красивые девчонки, как Кимберли, никогда не оглядываются на таких парней, как я.

Впрочем, как знать? Пока мы отрезаны от внешнего мира на этом острове, все может случиться. В конце концов, я единственный представитель мужского пола. (Если не считать Уэзли.) И, возможно, со временем все трое упадут ко мне в объятия.

Кого я пытаюсь обмануть?

И все же приятно хотя бы пофантазировать на эту тему. Да только удовольствие от подобного рода фантазий имеет и весьма неприятные стороны, задевающие за живое.

Что с того, что я единственный парень на острове. Да эти милые дамы скорее всего дадут обет безбрачия или станут лесбиянками, чем упадут к моим ногам. Такая у меня удача с женским полом.

А с чего это меня вообще так понесло?

Ага, Кимберли заплакала.

И мне захотелось поцелуями высушить ее слезы.

Слизать их с ее щек.

Вылизать ее всю насухо.

А я стоял как вкопанный и глазел на нее.

Но, не дав волю слезам, она поднялась, отряхнула с колен песок и вытерла глаза.

- Гляди за ней в оба, Руп, - обратилась она ко мне.

- Обещаю.

Рука Билли все еще лежала на ее плече.

Они так и повернулись вместе и направились к воде. Возобновили рыбалку. Конни к этому времени уже Давно вернулась под свой навес и лежала. Я пошел к своему, достал дневник и занялся делом.

Начал описывать появление Тельмы из джунглей.

Но я сидел лицом к бухте, а Тельма, таким образом, оказалась у меня за спиной. Так что мне пришлось сменить положение и повернуться боком. Теперь Тельма была слева, Кимберли и Билли в воде справа, а Конни прямо передо мной.

Конни лежит на боку, как прежде.

Лицом ко мне.

Вероятно, подумала, у меня на уме что-то плохое, раз я повернулся в ее направлении. Ей и в голову не могло прийти, что я сделал это лишь для того, чтобы не терять Тельму из виду. Наверняка считает, что я пожираю ее влюбленными глазами.

Время от времени Конни открывает глаза и бросает на меня томный взгляд.

Но без звукового сопровождения.

Никаких "чего пялишься!" или "пошел ты!"

Камень Тельмы определенно охладил ее пыл.

Надо поблагодарить Тельму за это.

Как бы там ни было, но я теперь наверстал некоторое отставание в дневнике.

День седьмой

Собеседница

Поскольку Конни еще не вполне здорова, а Тельма - наша пленница, дежурство прошлой ночью было разделено между мной, Билли и Кимберли. На этот раз мне выпала первая вахта.

Я остался у костра. После того как все остальные отправились спать, мне не оставалось ничего другого, как просто сидеть, время от времени подбрасывая в костер плавник, и смотреть по сторонам.

Сидел я спиной к бухте. Таким образом, никто не смог бы незаметно выйти из джунглей и подкрасться к нашим девчонкам.

Я все ломал себе голову, действительно ли Уэзли мертв?

Одно было несомненно - Тельму он здорово отделал. Довольно уважительная причина, чтобы убить парня, даже если тебя не очень волнует тот факт, что он зверски расправился с твоим отцом.

Очень хотелось надеяться, что она это сделала. Если Уэзли мертв, можно не высматривать его и не опасаться, что он подкрадется в темноте к спящим женщинам. И можно прекратить оглядываться через плечо каждые две минуты, чтобы убедиться, что он не набросится на меня сзади.

Мне стало досадно, что мы не отважились пойти и посмотреть на его тело сразу же после того, как Тельма поведала нам свою историю.

Мы бы знали теперь наверняка, к лучшему или к худшему все повернулось.

С другой стороны, кого-нибудь из нас теперь, возможно, уже не было бы в живых.

Скорее всего - меня.

Я всегда считал, что я - следующий на очереди. И это было вполне логично, принимая во внимание то, что Уэзли убрал с дороги двух других мужчин и сделал это сразу же, едва мы успели высадиться на остров. Теперь и Тельма это подтвердила. Там, у водопада, Уэзли приказал ей прибить именно меня.

Но здесь, у костра, я почему-то не особенно беспокоился за свою шкуру. Личная опасность была ничто по сравнению с заботой об охране и защите женщин. Я чувствовал, что на мне теперь лежит эта обязанность.

Пока они спали, а я стоял на посту, они были моей паствой.

Временами мое воображение рисовало мне самые глупые сцены моего героизма при их спасении. Возникали и другие фантазии, но о них я лучше промолчу.

Так прошел первый час моего дежурства. До того, как ко мне подошла Тельма.

Когда я заметил, что она встает, то первое, что я подумал - это попытка к бегству. Но вместо того чтобы побежать в джунгли, Тельма осторожно вышла из-под своего навеса и направилась ко мне. Свободный конец веревки висел у нее между ног и волочился по песку за спиной.

Никто из женщин не шелохнулся. Это лишний раз убедило меня в том, что они спят. Кимберли подняла бы бучу, если бы увидела, что Тельма встала и бродит по лагерю. То же самое касалось и Билли с Конни.

Теперь-то я понимаю, что именно так и надо было поступить - бить тревогу.

И я чуть было так не сделал.

Стоило мне осознать, что никто другой не собирается искать быстрое решение возникшей проблемы, первое желание, которое я испытал, было окликнуть Тельму и заставить ее остановиться.