Кафедральный собор много раз достраивали и перестраивали. Нынешний восьмигранный шпиль был надстроен в 1850 году по проекту немецкого архитектора Алексиса де Шатонёфа. Тяжелые бронзовые двери с резьбой художника Дагфинна Вереншёлля по мотивам Нагорной проповеди появились в ходе реставрации в 1950 году, а чудесные витражи собора разрисовал в начале XX века Эмануэль Вигеланн, брат автора скульптурного комплекса во Фрогнер-парке. Все, что сохранилось внутри собора со времен его постройки, – это привезенные из Голландии церковная кафедра и алтарь. Правда, последний в ходе бесчисленных реставраций подновили настолько, что румяные апостолы на нем стали похожи на персонажей детских комиксов. В последний раз собор полностью отремонтировали в 2001 году к свадьбе кронпринца Хокона, на которую в Осло съехались коронованные особы, политики и звезды кино со всего света.

Стурьторве (Stortorvet, то есть «Большая площадь») перед собором – уже на протяжении нескольких веков центр городской жизни, место главных столичных торжеств и гуляний. С 1763 года здесь устраивали традиционную февральскую ярмарку, на которую съезжались фермеры из самых отдаленных уголков страны. На площади стояли главные городские весы, которым могли доверять и продавцы, и покупатели товаров. Сегодня Стурьторве украшает памятник датскому королю Кристиану IV – основателю Кристиании, который отстроил новую норвежскую столицу после грандиозного пожара 1624 года.

Справа от памятника, если смотреть королю в глаза, расположен старейший в городе универмаг GlasMagasinet, от которого начинается Торггата (Torggata). Эта короткая пешеходная улица, забитая ресторанами и клубами, ведет к другой площади – Юнгсторге (Youngstorget), куда сразу после ее постройки в 1876 году переехал со Стурьторве главный городской рынок (пн-вс 7.00-14.00). Каменные рыночные ряды возвышаются с западной стороны площади. Каждое утро торговцы расставляют перед ними лотки с овощами, фруктами, украшениями, благовониями и недорогой одеждой. Если подняться по одной из лестниц, ведущих на крышу рядов, к бывшему главному полицейскому управлению нежно-розового цвета, то вы окажетесь на своеобразной трибуне. Этот факт подметили норвежские политики, для которых Юнгсторге – излюбленное место проведения митингов и демонстраций. Штаб-квартиры ведущих политических партий страны разместились тут же – в окружающих площадь зданиях. Самые высокое из них, стоящее прямо напротив торговых рядов, занимает Партия прогресса. Мораторий на политические выступления на площади наступает в декабре, когда на Юнгсторге вырастает главная рождественская елка страны, вся усыпанная игрушками и мишурой. Нарядить елку – дело национальной гордости: каждый год норвежцы стараются сделать это лучше, чем финны на Сенатской площади в Хельсинки.

ОТ СТОРТИНГА ДО УНИВЕРСИТЕТА

Норвежский парламент стортинг (Stortinget) стоит в двух минутах ходьбы от Стурьторве, на пересечении Карл-Юханс-гате и Акерсгата (Akersgata). «Большой совет» был учрежден в 1814 году, но в течение долгого времени парламентариям приходилось довольствоваться временными резиденциями: сначала заседания проходили в соборной школе на Дроннингсгате, а потом – в одной из аудиторий университета. Только в 1866 году стортинг обзавелся собственным дворцом в неороманском стиле, построенным по проекту шведского архитектора Эмиля Ланглета. Ланглет хотел, чтобы стортинг был похож на парламентария, обращенного к народу. Получилось немного гротескно: круглое здание с двумя крыльями по бокам напоминает толстяка с короткими руками. Двух косматых львов, охраняющих здание, создал каторжник по фамилии Гюдбранд. В городе не хватало рабочих рук, и поэтому к строительству привлекли заключенных. Львы спасли Гюдбранда от смертной казни: они так понравились парламентариям, что одаренного скульптора помиловали. По легенде, 21 декабря, с наступлением самой долгой ночи в году, голодные львы оживают и рыщут по столичным улицам в поисках добычи. Другая легенда гласит, что по ночам в стортинге собирается Ночной совет, в который входят эльфы, гномы, тролли и прочие сказочные существа.

За стортингом Карл-Юханс-гате расширяется, и ее приходится делить с автомобилистами (всегда тактичными и уступчивыми), но зато вся левая сторона главного столичного променада превращается в парковую зону, которая тянется до самого Королевского дворца.