Лю кивнул. Это имело смысл. Он еще раз убедился, что в комнате никого нет, и быстро подбежал к алтарю с фигурой дракона. Вблизи она оказалась еще больше. Даже Жу Пеню с его-то ростом пришлось приподняться на цыпочках, чтобы достать до змеиной морды. Он вцепился в камень и потянул на себя.

– Крепко… это… засел, паршивец. – Малыш кряхтел и обливался потом, пытаясь расшатать и вырвать шар из хватки каменных зубов.

Лю отчаянно искал способ помочь другу. Он бросился к ящикам и тюкам, что стояли на надгробиях, и принялся обыскивать их, надеясь найти ножи или что-то острое. Однако, кроме разного тряпья, халатов, желтых монашеских ряс и платьев синих и красных цветов, а также сложенных в кучу доспехов синего и красного цвета, ничего не нашел. Зато отыскал увесистый кузнечный молот.

– Ну-ка, держи, Малыш, – просипел Лю, передавая другу находку.

Жу Пень взвесил в руках молот, легко помахал им перед собой, словно пушинкой, и встал в воинственную позу.

– Теперь точно достанем, – с довольной ухмылкой прошептал он.

– Только не разбей… – поспешил осадить его пыл Лю, но опоздал.

Малыш замахнулся из-за спины и направил молот прямо на голову дракона…

Оглушительный звон и дребезг огласили темные коридоры подземелья. Сначала ничего не произошло. Лю и Жу Пень застыли, округлив глаза и боясь пошевелиться, и наблюдали, как осколки драгоценного камня осыпаются из драконьей пасти и быстро падают в воду. Но там, где только что находился шар, вспыхнуло зеленое пламя. Оно стремительно расширялось. Воздух вокруг него трепетал, искрился и озарялся всполохами. Обжигающий жар обжег друзей и вывел их из оцепенения.

Где-то вдалеке послышались крики.

– Бежим, Малыш!

Своды усыпальницы задрожали. Гул от пламени нарастал и заглушал все звуки. Друзья вырвались из помещения и что есть силы побежали по тоннелю в сторону выхода. В какой-то момент стало ярко, как днем, а затем произошел взрыв.

Это было похоже на грохот от сотен фейерверков. Ослепительное марево затмило все вокруг, а затем земля ушла из-под ног.

Последним, что запомнил Лю, было то, как он падает куда-то в темноту.

Зеркало

Песок.

Грубый и жесткий.

Он забивался под одежду, скреб усталую от бесконечных скитаний кожу, вгрызался в лицо, ослеплял глаза, застилал взор непроглядной стеной. Ветер выл высоко в небе, оглушал, и сквозь шум бури можно было различить проклятья и насмешки. Чей-то громогласный голос, чья-то враждебная воля не давали сделать и шага, требовали остановиться, сулили муки и страдания.

Но он шел вперед.

Он знал, что ждет впереди.

Готов он к этому или нет, но остановиться не мог.

Он должен найти Путь.

Сквозь рев стихии доносился рокот и шипение. Здесь был кто-то еще.

Алая лента, едва различимая среди дюн, струилась по земле и взмывала в затянутое песком небо.

Дракон.

Полотно песчаной бури то и дело разрывали всполохи огня. Яркие, обжигающие и пугающие, они выглядели единственной поддержкой и надеждой в этом неприветливом краю. Пламя выжигало в песке узкую дорогу, но буря усиливалась. Дракон сверкал белыми глазами, налитыми яростным огнем, но с трудом справлялся с ее натиском. Он молчал, слишком увлеченный сражением с пустыней. Но его мысли можно было различить без труда.

«Не сдавайся. Последнее испытание только началось».

Но никто и не собирался сдаваться. Слишком высока цена проигрыша.

«Я выдержу».

Песок был повсюду.

Он ослеплял. Последний солнечный свет, что прорывался сквозь непогоду, померк. И даже всполохи драконьего пламени не могли пробиться через непроглядную пелену.

Что-то падало Лю на лицо. Сводящая зубы ледяная жидкость стекала по щекам и губам. Лю беспорядочно заморгал, надеясь защититься от бури и песка, но, открыв глаза, увидел лишь темноту.

Наваждение растаяло. Пустыня и алый змей исчезли, уступив место мрачной действительности.

Лю повел плечами, закапываясь спиной в грязь и тину. Он лежал, наполовину погруженный в стылую воду. В волосы, рот и глаза забилась каменная крошка. Мутная вода стремительным потоком ниспадала на лицо. Лю закашлялся и попытался пошевелиться, но не смог. Он был придавлен чем-то неподъемным.

Непроглядную тьму развеивал яркий свет. Высоко-высоко над головой можно было различить всполохи зеленого пламени. Колдовской огонь пожирал каменные стены, его жар чувствовался и здесь. Горела даже вода. Островки пламени срывались с краев пролома, но, к счастью, затухали, не долетая до Лю. Он постарался взять себя в руки и выровнять дыхание, отвернулся, как смог, от воды и начал делать медленные и короткие вдохи.

Ясность ума вскоре вернулась. Вместе с болью от сотен ушибов, порезов и царапин. Вместе с голодом и страхом. Он попытался пробиться сквозь стискивающие оковы воды и камней. Закричав, он вырвал одну руку из плена.

Лю ощупал то, что пригвоздило его к земле. Камни. Куча камней. Не такая большая, чтобы раздавить его, но достаточная, чтобы сомкнуться вокруг него подобно клетке.

Снова закричав, он вытолкнул еще одну глыбу. Та покатилась куда-то вниз, с гулким стуком ударяясь о другие камни. Лю смог двигаться свободнее и сдвинул еще часть завала.