Читаем Осколки сердец полностью

Размышляя, сообщать ли Белинде о своем уходе сейчас или поставить ее перед фактом в день ухода, я решил, что она своим хорошим отношением ко мне заслужила то, чтобы не узнавать новости последней. Заодно и штраф заплачу, чтобы она поняла, насколько серьезно мое решение.

– Белинда, можно к тебе? – спросил я, входя в шатер.

– Конечно, Каин, проходи, устраивайся за столом, я сейчас, – раздался ее голос за ширмой.

Я подождал немного, пока она не вышла ко мне. Почему-то теперь всегда, когда мы встречались наедине, она меняла воинскую броню на мирную одежду.

Так оказалось и в этот раз. Присев к столу, она вопросительно посмотрела на меня.

– Белинда, у нас сложились неплохие отношения, поэтому я хочу заранее сказать тебе о своем решении после рейда уйти из отряда, – я бросил на стол мешочек с монетами.

Она взглянула на него и снова перевела взгляд на меня, словно пытаясь что-то прочесть на моем лице.

– Могу я узнать причину твоего ухода? – мягко поинтересовалась она тем голосом, от которого обычно разбегались все, кто ее знал.

– Ты ее прекрасно знаешь, Белинда. Мне не хватает битв для усиления магической практики, – ответил я.

– Действительно, ты самый кровожадный ублюдок из всех, кого я знаю, – жестким, грубым голосом заявила она. – Ты ни о чем не можешь думать, только об убийствах и своей дурацкой клятве.

Я удивился. Никогда до этого, как бы сильно она ни была раздражена, Белинда к крепким выражениям не прибегала.

– Я не ублюдок, – спокойно ответил я. – Я знаю своего отца и свою мать.

Она еще более раздраженно уставилась на меня:

– Значит, от «кровожадного» ты не отказываешься?

– Меня задело только слово «ублюдок».

– А я все это время пыталась найти в тебе что-то хорошее, – глядя на меня с прищуром, сказала она. – Видимо, правы те, кто говорит, что ты злобный кровожадный монстр.

Я встал и молча вышел из шатра. Слушать новые оскорбления мне не хотелось.

Белинда с такой силой пнула стул, на котором сидел этот несносный вампир, что ни в чем не повинная мебель отлетела в другой конец шатра.

«Он действительно злобный кровожадный монстр, – убеждала она себя.

Тогда почему же я так бешусь оттого, что он уходит? – задавала она себе вопрос и не находила ответа. – Да и вообще, с каких это пор меня стало интересовать, чего хотят вампиры? Пусть поступает, как хочет, посвящение прошел, значит, сам за себя отвечает. Я в его дела лезть не собираюсь. Да еще наряжаться для него каждый раз, как на свидание… Меня ведь никто не заставляет переодеваться. Сидела бы в броне, и он бы смотрел на меня как на капитана, а не как на красивую женщину».

Через несколько минут ее мысли потекли в прямо противоположном направлении. Белинда начала злиться на себя. Вместо того чтобы попытаться остановить его, предложить что-то другое, она сорвалась на бессмысленную брань. Ведь могла же она наконец, плюнув на договоренности с капитанами, уходить в рейды с прежней частотой? Конечно, могла бы, ей никто не указ. Нет же, надо было наговорить вампиру гадостей!

«Да что же такое на меня нашло?» – снова спрашивала она себя.

Белинда никак не могла объяснить причину, по которой она не хотела отпускать этого вампира от себя. Правда, в одном она была уверена точно: если она его сейчас не удержит, то без общения с ней, без общения вообще с кем-либо этот угрюмый и вселяющий страх подросток вскоре может превратиться в жуткое чудовище. Та фанатичность, с которой он шел к своей цели, ее пугала. Белинда прекрасно видела его нынешние силы и вполне представляла, до каких пределов они могут развиться (если они вообще есть, эти пределы), и ей до колик в желудке было страшно представить, что€ Каин может сотворить лет через двадцать, если у него будет постоянная магическая практика.

Она ведь чувствовала, что после бесед с ней его взгляд смягчался, переставали проскальзывать в разговорах постоянные утверждения о том, что все вокруг ему необходимо постольку, поскольку это способствует поставленной им перед собой цели – делать себя и свою магию сильнее и сильнее. Находясь с ней наедине, он улыбался и даже шутил.

«Сегодня нам обоим нужно успокоиться, – решила она. – А завтра с утра я с ним поговорю».

С этими мыслями она легла спать.

Я вышел из шатра взбешенный.

«Да что эта эльфийская дрянь себе позволяет!»

Если бы не сведения, получаемые от нее, а также обучение мечевому бою, то послал бы ее сразу и перестал общаться.

«Может, плюнуть на все и уйти сейчас?» – подумалось мне.

Но я сразу же отбросил эту идею. Цель оправдывает средства, напомнил я себе, недопустимо из-за каких-то чувств мешать исполнению своей клятвы. Я уже унизился до того, что делю кров и пищу с эльфами. Что мне стоит еще неделю потерпеть выходки этой бабы, если это сделает меня сильнее?

– Каин, к тебе пришел человек! – крикнул, увидев меня, часовой у входа в наш лагерь.

Я удивился. Ко мне? Человек? Стало любопытно, и я прошел на пост.

Там меня действительно ждал солдат. Раньше я его не видел, хотя и походил со всеми отрядами два с лишним месяца.

«Может, из новеньких?» – подумал я, подходя к нему.