Читаем Осколки сердец полностью

Вечером этого же дня нас всех собрала капитан и сказала, что ее подозрения подтвердились: король не выплатит нам денег за прошлый месяц. Сославшись на вре€менные трудности, он объявил, что денег для всех наемников не будет в течение трех месяцев, однако же после этого срока он оплатит все долги и даже выдаст премию за ожидание. Многие командиры были против, но все же решили подождать эти три месяца, правда, сведя при том к минимуму деятельность по охране границ. Наш капитан также заявила, что считает целесообразным все же подождать, а если кто-то из солдат против такого решения, то он может разорвать контракт с отрядом и, заплатив штраф в двадцать золотых, покинуть его. Двадцать золотых были слишком большими деньгами, поэтому несогласных с капитаном не нашлось.

После того как закончился общий сбор, капитан подошла ко мне и напомнила, что я задолжал ей ужин, который – если я не возражаю – состоится сегодня вечером в ее шатре. Я кивнул, вспомнив о своих намерениях поподробнее расспросить ее о королевстве эльфов, а особенно об Алондруине.

Вечером капитан меня снова удивила, одевшись в другой брючный костюм, который прекрасно сочетался цветом с ее глазами. Раньше я и не замечал, что они у Белинды светло-зеленые.

– Я почему-то считал, что у вас только один костюм, капитан, – сказал я, когда мы сидели за столом. – Ваша броня.

– Обо мне вообще мало кто что знает, Каин, – улыбнувшись, ответила она.

Я разлил вино по стаканам и взял немного мяса. Есть не очень хотелось, я больше надеялся получить нужную информацию.

– Продолжим нашу игру в честные ответы? – предложила она.

Я кивнул.

– Сколько тебе лет, Каин? Я вижу по твоей коже и глазам, что не меньше ста, но после бесед с тобой у меня всегда появляется ощущение, что я разговариваю с подростком.

Поразительно, но я почувствовал, что краснею. От ее необычного вопроса мне стало неловко. Она же, заметив это, весело засмеялась.

«Неужели в разговорах я выгляжу, как подросток? – удивленно думал я, не зная, что ей ответить. – Что же теперь, совсем не разговаривать, что ли? И так вроде бы ни с кем, кроме нее, не общаюсь».

– Ну так как? Я уверена, что угадала, но хочется узнать от тебя твой истинный возраст, – по-прежнему улыбаясь, подтолкнула она меня к ответу.

– Двадцать восемь, – нехотя признался я.

Она пораженно ахнула.

– Ого, значит, ты еще не прошел первое посвящение? Я думала, ты намного старше, ну минимум тебе лет пятьдесят, а оказывается, ты практически ребенок.

Я сделал себе мысленную пометку:

«Интересно, откуда она так хорошо знает наши обычаи и то, как выглядят вампиры разных возрастов?»

И тут же с неудовольствием понял, что ее слова меня задели.

– Посвящение я прошел, – буркнул я и набросился на еду, чтобы скрыть досаду.

– Насколько я знаю, обычно первое посвящение не проходят досрочно, – снова удивила она меня своими познаниями.

– Это ваш второй вопрос, капитан? – спросил я.

– Давай договоримся: когда мы одни, называй меня Белинда и на «ты», – сказала она, нежно улыбнувшись и вызвав у меня этим дрожь во всем теле. – Хорошо, это мой второй вопрос.

– Досрочное посвящение пройти можно, но, чтобы у кандидатов не возникло мысли о том, что это очень легко, его обычно делают трудновыполнимым, – сказал я.

Она заинтересованно на меня посмотрела:

– И сколько вампиров в год проходят посвящение досрочно?

Я улыбнулся:

– Третий вопрос?

Она кивнула.

– В год – нисколько. Количество вампиров, посвященных досрочно, можно пересчитать по пальцам, – честно ответил я.

– И какой ты по счету?

– Одиннадцатый.

Я имел в виду посвященных досрочно в моем бывшем клане. Сколько таких было в роду Носферату, я не знал и даже не интересовался у Учителя. Хотя он и упоминал, что во время войны бывали досрочные посвящения.

– Значит, я сижу рядом с легендой рода? – засмеявшись, спросила она.

– Ты даже не представляешь себе, Белинда, насколько ты права, – горько усмехнулся я и подумал, что первый вампир, изгнанный из рода Серебряного Тумана, точно войдет во все легенды.

Увидев мою усмешку, она задумалась и сменила тему:

– Спрашивай, у тебя целых четыре вопроса ко мне.

– Можно, я вместо вопросов попрошу рассказать об эльфийском государстве и его столице? – спросил я прямо.

Она в упор взглянула на меня:

– Зачем тебе это?

Я понял, что, если не открою хотя бы часть правды, она мне ничего не расскажет.

– Ну, скажем так, у меня в Алондруине есть друг, которого я бы хотел навестить, но не знаю, как это сделать.

– А твоя клятва имеет к этому какое-нибудь отношение?

– К посещению – нет, к другу – да, – ответил я. Не мог же я ей сказать о том, что для встречи с Ал’лилель придется пройти по трупам множества эльфов.

– Рассказать по-прежнему не хочешь? – не сводя с меня глаз, спросила она.

Я отрицательно покачал головой. Она задумалась.

– Не уверена, что поступаю разумно, но ты, хоть и не сказал всей правды, честно отвечал на мои вопросы, поэтому я не откажу тебе в просьбе.