Она продолжала сидеть, и лишь когда ребята из струнного квартета потащили на сцену свои инструменты, распахнулась дверь, и вошел Пол. Бет сразу же почувствовала облегчение и стала подниматься. Но тут она заметила выражение его лица. Он был чернее тучи, просто страшен. О Боже, не надо, подумала она, снова опускаясь на стул. Что-то произошло. Произошло что-то действительно ужасное. И может быть, самым ужасным из всего было то, что она не смела спросить его, в чем дело. Она должна просто сидеть и молчать. Ждать, что произойдет дальше. Ребята на сцене начали играть, и все подняли головы, прекратили свои игры, закрыли книги. Пол тоже сидел и смотрел на них. Каждый мускул его тела был так напряжен, что ей казалось, что он вот-вот взлетит к потолку. Она знала наверняка только одно: его настроение никак не связано с ней. Он даже улыбнулся и похлопал ее по плечу, когда уходил в этот раз. А может быть, и нет. Может быть, выйдя по своим делам, он внезапно вспомнил какую-нибудь обиду, которую она ему нанесла. Но что? О Господи, хоть бы он сказал хоть слово! Музыканты играли, наверное, уже целый час, но она не слышала ни единой ноты. Она думала только о Поле, который сидел, уставившись прямо перед собой. Или же смотрел в пол. Он кого-то ждал.

– Пошли, – сказал он наконец, бросая на стол несколько долларов.

Бет встала и посмотрела на дверь.

В дверях стоял парень с крупной головой и мелкими светлыми кудряшками, коротко остриженными. Повязка на глазу. О Боже, со страхом подумала она. Это же тот самый фотохудожник, с которым… Она тогда еще сильно напилась. Дарби Хикс. Ну да, именно так его зовут. Она пошла за Полом, который подошел к открывшему для них дверь Дарби. Он бросил на нее взгляд, но, похоже, даже и не узнал.

Ночь была сказочная – теплая, тихая. Идя за двумя молодыми людьми, что-то горячо обсуждающими, Бет пыталась хоть что-то уловить из их разговора.

– И ты не можешь их от этого отговорить? – спрашивал Дарби. – А ты им предлагал деньги? Иногда это помогает.

– Да, предлагал, но это не подействовало, – рявкнул Пол.

Ух ты, он и с Дарби так грубо разговаривает, подумала Бет, значит, здесь дело не в ней. От этой мысли ей стало легче.

– Может быть, если ты предложишь им немного травки… – настаивал на своем Дарби.

– Да перестань ты! Ты прекрасно знаешь, как обстоят дела.

– А как они на тебя вышли?

– Не знаю, – сказал Пол. – Думаю, следили за мной от самого дома.

Что-то не так, поняла Бет, оглядывая стоянку. «Ягуар» исчез. Только не это! Его угнали. Вот, наверное, что произошло. Вот почему так разозлен Пол, почему приехал Дарби. Ее мысли сразу же перескочили на другое. Возможно, на Пола напали. Его могли убить. И что тогда будет с ней? Куда ей деваться? При этой мысли у нее буквально подкосились ноги.

Они поджидали ее около машины Дарби, потрясающего европейского «седана» с деревянной отделкой. Она прошмыгнула на заднее сиденье, надеясь, что они забудут о ее существовании. Надеясь здесь, в машине, услышать еще что-нибудь.

– Никогда не мог понять, зачем ты это сделал, – сказал Дарби, когда они выехали на узкую дорогу, ведущую к автостраде вдоль океанского побережья. – И что ты делаешь? Шесть машин? Восемь машин около дома? «Паккарды», «кадиллаки», «линкольны». Нет, ты идешь и покупаешь этот дорожный «ягуар». Какой в этом смысл?

– Прекрати! – раздраженно оборвал его Пол. – Не надо меня учить, как жить и что делать.

– Но ответь мне, – сказал Дарби, сворачивая на автостраду и переключаясь сначала на вторую, а потом и на третью скорость.

– Хорошо, я тебе скажу. Я купил ее, потому что мне этого хотелось, – сказал Пол. – Мне всегда хотелось иметь такую машину – как только они стали выпускать эту марку.

– Но ты же знал, что дела неважные, что на некоторое время это конец. Все это знали. И все-таки ты это сделал.

– Ладно, дружище, – сказал Пол. – Знаешь, что я всегда говорю. Это мое личное кредо: «Безусловное поражение – это отказ от попытки».

Бет пыталась понять, о чем они говорят, но была в полнейшей растерянности. Они с тем же успехом могли говорить по-китайски или на суахили. Но тем не менее она почувствовала облегчение и откинулась на подушки, глядя на проносившиеся мимо пляжные домики, лепящиеся друг к другу, на прибой, обрушивающийся на берег. На луну. Тон Пола изменился. В нем уже не было злости, раздражения. Вернулась ирония, он даже чему-то засмеялся. Он уже больше не злился.

ГЛАВА 11

Бет чуть с ума не сошла от беспокойства в следующие два дня, пока снова не увидела Пола. Ей было так легко и просто жить: не думать ни о чем, кроме того, когда вернется Пол и куда они поедут вечером. В тот вечер она слышала кое-какие обрывки разговора, когда они ехали домой из «Малибу». Дело было в деньгах. Автомобиль не угнали. Его забрали обратно в магазин, потому что Пол не делал взносы. Но как такое могло случиться? Что же произошло? Единственное, что она подумала, это то, что он превысил ту сумму, которую ему родители выдают на расходы. Она это понимала. Иногда и сама прибегала к этому, чтобы привлечь к себе внимание отца.