Читаем «Оскар» за имя полностью

Завизжали покрышки, пахнуло горелой резиной, от черного выхлопа у Бет защипало в глазах. Стрелка спидометра поползла вверх. Колымага шла бок о бок с ними, лишь на несколько дюймов опережая их. А теперь уже почти на два метра. Пол перевел своего «ягуара» на вторую скорость и рванулся вперед. Они буквально летели вдоль дороги. Колымага шла рядом с ними, они пересекали ряды, мчась по извилистой гористой дороге. Бет чувствовала, как ветер бьет ей в лицо, выжимая слезы, волосы ее буквально стояли дыбом. Сердце билось с такой же скоростью, что и мчавшаяся машина. Впереди показался указатель крутого поворота. Пол снова перевел «ягуар» на вторую скорость. Казалось, колеса отрываются от земли. Но колымага по-прежнему была рядом, опережая их на несколько дюймов.

Теперь дорога шла прямо. Нога Пола, упиравшаяся в педаль газа, буквально стояла на полу. Спидометр показывал 100, 110, 120. Парень в колымаге замедлил движение и слегка свернул в сторону. Он проскочил мимо них, как будто они вообще стояли на месте.

Проехав несколько метров, он, должно быть, чуть притормозил. Задние огни пару раз им подмигнули, и они снова оказались в темноте, кругом были слышны лишь ночные шорохи и стрекот цикад. Когда Пол немного снизил скорость, к Бет вернулась способность нормально дышать.

– У меня не было ни малейшего шанса, – засмеялся он.

Бет закрыла глаза, дрожа, как осиновый лист.

– Битый-перебитый «форд» тридцать второго года, – пробормотал он. – Неплохо. Парень, должно быть, вложил в него целое состояние.

Бет открыла рот, чтобы что-то сказать, но у нее ничего не получилось. Она попыталась разобраться в своих ощущениях. Это был не страх, а что-то совсем другое, она даже не могла описать словами, что именно, но гораздо сильнее, чем просто страх.

– На дорогах Америки нет серийной машины, которая могла бы его обогнать, – объяснил он свое поражение. Объясняя больше себе, как показалось Бет, постепенно приходившей в себя. Не ей.

Через несколько минут Пол свернул с извилистого шоссе на ровную площадку, откуда хорошо был виден город.

– Может быть, устроим здесь пикник? – спросил он, протягивая ей одну из коробочек с едой.

Дрожащими руками она взяла коробочку и стала ковыряться в ней деревянной вилкой, не отрывая взгляда от расстилавшегося перед ними Лос-Анджелеса – бескрайнего моря огней.

Никаких ориентиров, думала она, чувствуя, как в ней поднимается тревога. Невозможно сказать, где находишься. Здесь не за что зацепиться глазом. Совершенно не за что. Даже красный огонек в небе двигался. Очевидно, самолет шел на посадку. Она слышала, как рядом с ней тяжело дышит Пол. Он также был не так уж спокоен.

– Если ты знал, что не сможешь выиграть, зачем же стал с ним соревноваться? – спросила Бет.

– Надо было попытаться, – с удивлением ответил Пол. – Безусловное поражение – отказ от попытки.

Бет задумалась над его словами. Он был прав, да, но попытка чего?

– Знаешь что, – сказал Пол, трогая машину, – ты мне нравишься. Ты – отличный парень.

– Спасибо, – сказала она с некоторым сомнением в голосе. То он говорил, что у нее красивые глаза и что девушка, за которую он ее принял, так много значит для него, а то вдруг отличный парень.

Вскоре они опять оказались в центре цивилизации, свернув в проезд, рассекающий гору, и влившись в поток автомобилей голливудской автострады. Пол свернул машину на голливудский бульвар.

Не может быть, твердила она себе, глядя то на указатель с названием улицы, то на саму улицу. Голливуд – это яркое, оживленное место, где кинозвезды приветствуют своих поклонников из своих открытых машин. Или прогуливают своих борзых на усыпанных бриллиантами поводках. Ну, и все в таком роде.

А здесь было полно мелких магазинчиков с объявлениями о распродажах. Закусочная на углу Голливуда и Вайн. Универмаг «Бродвей» – большое серое здание, которое вполне вписалось бы и в ее родной Спокан. Даже одежда на манекенах казалась старомодной и неряшливой. Мусорные урны на перекрестках переполнены. На тротуарах группками стояли солдаты и определенного вида девицы в очередях к кинотеатрам, которых здесь было превеликое множество. На скамейке у автобусной остановки спал пьяный. Огромные автобусы изрыгали черные клубы дыма, и казалось, что каждая вторая машина – полицейская.

Единственным по-настоящему великолепным предметом на голливудском бульваре был «ягуар», Пол и она сама, сидящая с ним рядом. Люди, стоящие на тротуарах, буквально толкали друг друга в спины, чтобы те оглянулись и взглянули на них. Рядом с Полом Бет и сама чувствовала себя знаменитостью. Она робко посмотрела на него, он ей широко улыбнулся и похлопал по руке.

Правда, он очень симпатичный, решила она, на мгновенье вспомнив Бадди и подумав о том, что рядом с Полом он, конечно, просто деревенщина.