Читаем Осада вечности полностью

Объединенные Нации?

Недавний скандал на Генеральной Ассамблее ООН невольно заставляет вспомнить печально известную резолюцию за № 1822. Согласно этой резолюции, как вы наверняка помните, любая страна-участница выбирает делегата на Ассамблею посредством всенародного голосования. За подобным шагом стояли благие намерения, а именно, что народные избранники, а не какая-то дорвавшаяся до власти хунта или клика, представляют страну при принятии жизненно важных решений. За образец был взят Совет Европы или американский Сенат.

Каковы же последствия этого решения? Вместо выработки общей позиции делегаты теперь отстаивают узкие интересы той группы, которую они представляют, и, что еще хуже, политическую линию своей партии. Этот «народный парламент» демонстрирует печальную тенденцию к принятию скоропалительных решений, которые касаются в первую очередь второстепенных внутренних проблем, и наш делегат, господин Хирам Сингх — как вы помните, он до недавнего времени занимал пост Первого лорда Адмиралтейства в новом лейбористском правительстве, — несет за это не последнюю ответственность.

Неужели мы позволим американцам навязывать всей планете сомнительные политические ценности? Настало время пересмотреть эту печально известную резолюцию, и чем раньше, тем лучше.

«Файнэншл таймс», Лондон

Факт остается фактом, практически все имевшиеся у Пэт средства, едва ли не до последнего цента, она ухнула на полет к орбитальной станции. А зря, можно было поступить иначе. Ну почему правительство не раскошелилось на этот проект, если не на весь, то хотя бы частично?.. Да вот только не раскошелилось. И ей пришлось платить за все из своего кармана. Чего стоило подкупить власти Флориды, чтобы те разрешили воспользоваться стартовой площадкой на мысе Канаверал, нанять пилотов, оспаривать судебные решения, пока бы наконец те не сдались и не выделили ей шаттл!..

А чего стоило произвести сам запуск с экипажем из пяти человек! А затем…

А затем все полетело к чертовой матери.

— Дэн, — несмело шепнула она.

Тот неохотно поднял голову от тарелки с омлетом.

— В чем дело?

Эдкок заговорила медленно, пытаясь как можно четче формулировать свои мысли.

— Знаешь, странно. Я отлично помню наш полет к орбитальной станции. Я отлично помню возвращение на Землю. Но о самой станции мне запомнилось лишь одно: там все точно так же, как раньше. Ничего не изменилось, ровным счетом ничего.

— Ну да, ничего.

— Но я помню лишь воспоминание о ней, когда мы уже летели назад. Я не помню самого пребывания там. Ты понимаешь, о чем я?

Даннерман нахмурился.

— Со мной такая же история. Вот ты сказала, и я тоже засомневался.

— Как ты полагаешь, в Бюро знают, в чем тут дело? Даннерман покачал головой.

— Эти индюки вряд ли додумаются. Им известно не больше, чем нам с тобой.

Дверь открылась снова, и на пороге вырос заместитель директора, Маркус Пелл, а за ним полицейский в форме.

— Вам принести кофе, сэр? — поинтересовался коп.

— К черту кофе. Может, для вас это время завтрака, а для меня — продолжение ночных бдений. Принесите-ка лучше бутылку виски и стаканы. — Пелл повернулся к Эдкок. — Вы были совершенно правы.

— Не понимаю, в чем? — искренне удивилась она.

— Насчет внеземных технологий. Он нам так и сказал. Станция просто нашпигована ими, а еще там есть… Нет, — поднял руку Пелл. — Кто его знает, что за оборудование там установлено и откуда оно взялось. Лучше принять меры предосторожности. Кому как не вам это знать, доктор Эдкок. Поэтому-то мы вас и подняли с постели.

— И какая, простите, от меня польза? — в очередной раз удивилась та. — Вот уж не ожидала.

Пелл внимательно посмотрел на нее и зевнул.