Читаем Осада вечности полностью

Сон не шел, Эдкок лежала с открытыми глазами, пытаясь понять, что все-таки происходит. Откуда взялся второй Даннерман? Да еще посылающий на Землю сигналы со «Старлаба»?.. Когда наконец ей удалось уснуть, удовольствие это длилось недолго. Вскоре ее разбудила Морриси — видите ли, с ней желает побеседовать сам Зам. Причем срочно.

Пэт ничего не оставалось, как снова облачиться в ненавистную тюремную робу. Она покорно двинулась вслед за Хильдой туда, где, сгрудившись вокруг экранов и низких столиков, уставленных пустыми кружками из-под кофе и нетронутыми тарелками с едой, ее уже поджидали Маркус Пелл и еще шесть или семь человек. И какой же ей задали вопрос! Располагает ли орбитальная станция «Старлаб» специальным оборудованием, которое называется трехсотдигитальной системой расшифровки скоординированного хаоса? Откуда ей знать подобные вещи! Она понятия не имеет, что это такое.

— Хорошо, — в голосе Зама слышались нотки раздражения, — кто в таком случае знает? Кто-нибудь из персонала обсерватории?

Эдкок задумалась, затем пожала плечами. Не исключено, однако сейчас ночь, люди наверняка спят. И вообще единственной специалисткой по таким вещам была Розалина Арцыбашева, которая, как известно, покинула наш бренный мир.

После этих слов произошло нечто неожиданное. Такое впечатление, будто у присутствующих камень с души свалился. Заместитель директора — как его там, кажется, Пелл — кивнул полковнику Морриси. Та отвела Патрицию в ее новые апартаменты. Как и в первый раз, Эдкок улеглась на кровать и, поскольку сон не шел, вновь взялась разгадывать прежнюю головоломку и еще около десятка новых. Так она пролежала целый час, если не больше.

Вот почему, когда утром в дверь постучали и через щелочку в комнату заглянула девушка в форме, Патриция тотчас вскочила с кровати.

— Доброе утро, мэм, — сказала гостья учтиво. — Сейчас ровно восемь часов, вам пора приготовиться к беседе с заместителем директора.

Девушка закрыла дверь, так и не сказав, когда же появится пресловутый Зам. И с какой целью.

Когда Патриция Эдкок вышла из ванной — там она нашла целый комплект новеньких, еще в упаковке, туалетных принадлежностей, — ее ожидал приятный сюрприз. Пока она принимала душ, в комнате наверняка побывала девушка-охранник. Через спинку кровати была перекинута ее собственная одежда— та самая, в которой Пэт арестовали, — выстиранная и отглаженная.

Через несколько минут, впервые за долгое время одетая не в казенную робу, а в нормальную одежду и весьма этим обрадованная, Патриция Эдкок переступила порог спальни. Дверь вела в небольшую гостиную с удобными креслами, картинами на стенах и — ну кто бы мог подумать! — камином, правда, ненастоящим, но все равно приятно. В следующее мгновение из другой спальни ей навстречу вышел Даннерман — как раз в тот момент, когда девушка-охранник вкатила тележку с завтраком.

Даннерман ухмыльнулся во весь рот.

— Черт побери, теплое местечко, ничего не скажешь. Ты выспалась?

Эдкок не ответила, и Даннерман, с минуту поколебавшись, переключил свое внимание на тележку с едой. Пэт последовала его примеру чуть позже, однако, попробовав спелую, сочную папайю и холодный, освежающий сок, тоже набросилась на еду. Такой вкуснятины она не пробовала с того самого момента, когда в ее обсерваторию нагрянули полицейские.

В ее обсерваторию… Интересно, кто сейчас там заправляет вместо нее.

Возможно, дела там просто идут своим чередом, по накатанной колее. Пит Шнейман или кто-то другой из старшего научного персонала временно взял на себя обязанности директора. Хотя Пэт сейчас нет на месте, Гвен Морисаки наверняка в одиночку занимается обработкой данных по Цефеидам, а Христо Папатанассу продолжает ее космологические исследования, остальные — каждый занят своим делом. Возможно, в ее отсутствие работа спорится даже лучше. Пэт была вынуждена признать, что последние месяцы своего пребывания в обсерватории она в основном занималась «Старлабом», задвинув науку на второй план.

Затем ее посетила другая мысль — остались на ее счете в банке хоть какие-то деньги или она банкрот?