Читаем Ориентализм полностью

Это и в самом деле было так. Эдвард Саид выламывался из рамок традиционной схемы «непримиримость — уступки — сдача позиций». Например, в 1977 году, когда в палестинских кругах начались дискуссии о признании права еврейского народа на свое государство в Палестине, Саид высказался так: «Я не отрицаю их требования, но их требования всегда влекут за собой изгнание палестинцев». Фраза двусмысленная; за ней скрывалась готовность Саида способствовать уступкам в тех вопросах, которые палестинские политики считали важными, но неуступчивость в том, что они недальновидно полагали мелочами. Отдельная тема, которую, пожалуй, стоит затронуть именно здесь, — отношение Саида к исламу. Он написал книгу xlii «Покрывающий ислам», где критикует — используя наработанные в «Ориентализме» методики и риторические приемы, — западное отношение к религии Пророка (особенно достается концепту «исламского фундаментализма»). Эта критика вторична и во многом несправедлива: Саид начинает злоупотреблять известным тезисом «все сложнее, чем кажется» — и, с другой стороны, пользоваться кондово простыми ходами мысли. В следующей книге — «Культура и империализм» — содержится несколько смешных пассажей, сильно напоминающих вульгарную марксистскую критику. Например, он нападает на невиннейшую викторианскую Джейн Остин с ее романами про гордость и предубеждение — за то, что ее героини пьют чай, выращенный на плантациях (дальше понятно). Все это украшено сентенциями типа «каждый европеец, когда он говорил о Востоке, был расистом и империалистом» (что, может быть, «где то правда», но уже попахивающая «мертвы ми белыми самцами»)… Возвращаясь к исламской теме: Саид постоянно подчеркивал, что его сочинения не являются апологией ислама (каковой от христианина ждать было бы странно), а лишь защитой от несправедливых нападок со стороны надменного Запада. Сам он, похоже, относился к исламу без трепета, хотя и без фобий. xlii Covering Islam (1980).

621

6 Пиком влияния Саида на палестинские дела было его участие в подготовке декларации ПНС на алжирской сессии в 1988 году. Этот документ пересматривал наиболее жесткие формулировки Палестинской Хартии и тем самым открывал дорогу мирному процессу. Саид использовал все свое влияние, чтобы сделать формулировки итогового постановления максимально обтекаемыми и приемлемыми для всех участников дела. Впрочем, израильтяне и американцы все равно остались недовольны. Даже специальную сессию Генассамблеи ООН, посвященную ближневосточному вопросу (к которой и готовились), пришлось проводить в Женеве: американцы не дали Арафату визу. Тем не менее сессия была проведена, и началось то, что впоследствии получило название «мирный процесс». Саид в американских средствах массовой информации всячески пропагандировал декларацию в качестве «исторического компромисса» со стороны палестинцев, которая привела к Мадридской конференции, где впервые был провозглашен принцип «мир в обмен на землю». Однако дальнейшее развитие контактов с израильской стороной, по его мнению, пошло куда то не туда. Саид занимал все более и более критическую позицию по отношению к руководству ООП. Его отношения с Арафатом становились все более скверными. Из Совета он выходит в 1991 году. Причиной послужило его несогласие с позицией Арафата, который поддержал Саддама Хусейна во время первой Войны в xliii В конце 1992 года в Осло (Норвегия) были проведены закрытые переговоры представителей Израиля с представителями ООП по вопросам урегулирования конфликта. Параллельно этому проходили переговоры в Вашингтоне, в которых участвовали палестинцы. Главным препятствием к заключению соглашений оставалась Хартия, в которой отрицалось право Израиля на существование. Эта ситуация кардинально поменялась с письмом главы ООП Ясира Арафата израильскому премьер министру Ицхаку Рабину от 9 сентября 1993 года. В этом письме Арафат признал право государства Израиль на существование, согласился с резолюциями 242 и 338 Совета безопасности ООН.

622