Читаем Орден Креста полностью

Лейн молча смотрел на отца, принимая его взгляд и явно не чувствуя никакой вины, лишь уверенность в своей позиции.

— Почему ты вообще знаешь о них? — спросил Стен, с явной печалью в голосе.

— Хочешь сказать, найдется хоть один инквизитор не знающий о них?

— Лейн, — процедил сквозь зубы Стен.

— Ну что я такого сделал? Это не запрещено церковью, и вся инквизиция об этом знает и все применяют.

— Инквизиция, Лейн. Инквизиция! — не выдержал Стен, все же повышая голос. — Ты не инквизитор и еще даже не послушник, но уже изучаешь Это.

— Считаешь, что я не стану инквизитором? У меня скоро экзамены и через пару месяцев я буду послушником, почему я не могу..?

Стен не дал договорить.

— Потому что всему свое время. Да, ты наверняка поступишь, а затем станешь инквизитором, будешь изгонять Тьму, наберешься опыта и получишь сан экзорциста, но сейчас…

— Я изгоняю Тьму уже сейчас! — гордо заявил Лейн и, бросив гневно ложку, встал из-за стола. — Ты даже не представляешь на что я способен, но утверждаешь, что мне не время знать о печатях Мендела. Если я превосхожу тебя, это не моя вина!

Бросив эти слова, Лейн поспешил удалиться к себе, не желая разговаривать с отцом. Стен же остался один в растерянном недоумении, ведь он никак не мог предположить, что его сын мог участвовать в обрядах инквизиции, что кто-то, прямо под его носом, привлекает мальчишек к подобным делам, а он — глава экзархата, об этом и не догадывается.

Посидев немного, и все обдумав, он все же решил поговорить с сыном еще раз. Постучав в дверь его комнаты, он проговорил:

— Лейн, пожалуйста, давай поговорим. Я ведь не против твоего развития, ты же знаешь.

Дверь резко открылась.

— Но ты всегда учил меня лишь тому, что положено.

— Тому, что знал сам, — поправил Стен, еле слышно.

— Ты знаешь много больше!

— Я знал много меньше в твои годы, Лейн. Тебе всего пятнадцать и я давал тебе максимум всегда, просто есть вещи, которые нужно узнавать…

— Когда вырастешь?!

— Нет, когда получишь определенный опыт, что бы по-настоящему понять их смысл.

— По-твоему я не способен понять?! Почему ты так меня недооцениваешь?

— Не стоить кричать, ты так разбудишь Артэма. И нет, я не считаю, что ты не способен понять смысл и надобность этих знаний в экзорцизме, но ты еще не представляешь, как это выглядит в действительности. У тебя нет практики…

— Есть! — гаркнул Лейн, собираясь закрыть дверь перед отцом, но Стен подставил ногу, не позволяя это сыну.

— Хорошо. Есть. Но откуда? — спросил он серьезно, стараясь избавить свой тон от гнева, ведь все же Лейн был слишком похож на него самого.

Лейн молчал, отвернувшись.

— Ну, если я не знаю о твоих достижениях, то расскажи мне о них, — спокойно проговорил Стен. — Кто учит тебя?

Лейн посмотрел на отца, уже не так злобно.

— И как много ты уже смог сделать?

— В действительности не много, — признался Лейн, отпуская дверь и отступая, явно пуская отца в свою комнату. — Хотя в групповых ритуалах изгнания я участвовал много раз, сам лишь один раз изгнал зарождающуюся тьму из ребенка.

— Какого ребенка?

— Ну, сына мельника, младшего…

Стен нахмурился, но промолчал, понимая, что каждое его слово сейчас ничего уже не изменит.

Лейн не хотел больше говорить, хотя, кажется, и смягчился.

— Ладно, — проговорил Стен. — Просто будь осторожен.

Сказав это он вышел, стремясь однако не оставлять все это без внимания и найти ответы на свои вопросы.

Ближе к полудню он постучал в дверь мельника, собираясь узнать все лично. Ему открыли крайне быстро и хозяйка дома, замерла в недоумении.

— Ваша светлость, — прошептала она, зная, как и многие другие, главу местного экзархата в лицо.

Все же в родном городе Стен давно стал известной личностью, но это совсем не испортило его характер, скорее напротив всегда давало стимул соответствовать тому месту, что он занимает и в рамках положения, и в рамках людского мнения.

— Извините за беспокойство, однако я хотел бы посмотреть на вашего младшего ребенка, — без лишних объяснений сообщил Стен, приветственно кивая хозяйке. — Это возможно?

— Да, конечно, — прошептала она, пропуская главу экзархата. — Он плохо спал, но экзорцисты уже были у нас и теперь все хорошо.

Стен не стал ничего спрашивать, лишь последовал за женщиной, которая быстро привела его в детскую.

— Сэр Малдрен, заверил меня, что все хорошо, и молодой инквизитор, подготовленный по ускоренному проекту справился, но раз вы здесь…

— Все в порядке, просто этот молодой человек мой сын, и я лично хотел бы убедиться в его успехе, — проговорил Стен, мягко улыбаясь.

Все же он был доволен, ведь женщина уже назвала имя виновного. Во многом эта разговорчивость женщин, только для подобного и была нужна, чтобы без вопросов получать ответы и не выдавая себя.

— Такой замечательный юноша, — продолжала женщина, — а ведь он даже похож на вас. Такой представительный и серьезный. И я вам скажу, он нам помог: Селин спал уже на следующую ночь.