Читаем Орбита жизни полностью

В 11 часов утра состоялась встреча членов Государственной комиссии, ученых, конструкторов, представителей ВВС и ракетчиков с группой космонавтов. Это было официальное представление в дружеской обстановке будущих капитанов космических кораблей тем, кто готовит полет.

Первым выступил Главный конструктор космических кораблей. По памяти восстанавливаю его выступление:

— Дорогие товарищи! Не прошло и четырех лет с момента запуска первого искусственного спутника Земли, а мы уже готовы к первому полету человека в космос. Здесь присутствует группа космонавтов, каждый из них готов совершить полет. Решено, что первым полетит Гагарин. За ним полетят другие, в недалеком будущем, даже в этом году. На очереди у нас — новые полеты, которые будут интересными для науки… Мы твердо уверены, что нынешний полет хорошо подготовлен и пройдет успешно. Большого успеха вам, Юрий Алексеевич!

— Партия и правительство следили за нашей работой и направляли ее с тем, чтобы подготовка первого полета человека в космос прошла успешно, — заявил председатель Государственной комиссии. — Сегодня космический корабль «Восток» на старте. Два его предшественника в марте дважды подтвердили нашу готовность послать человека в космическое пространство.

Горячо поблагодарили за оказанное доверие Юрий Гагарин и Герман Титов. Словно родных сынов напутствовали присутствующие пионеров космоса в дальний звездный путь.

А вечером состоялось торжественное заседание Государственной комиссии по пуску корабля «Восток». Главный конструктор доложил о готовности корабля к пуску. Фиксируется решение комиссии: «Утвердить предложение… о производстве первого в мире полета космического корабля «Восток» с космонавтом на борту 12 апреля 1961 г.».

Второе решение, которое было принято по моему докладу: утвердить первым летчиком-космонавтом Гагарина Юрия Алексеевича, запасным — Титова Германа Степановича.

Это заседание проходило в одном из помещений космодрома и было заснято кинооператорами, записано на магнитофонную пленку. Трудно переоценить этот акт, и мы все были в особенно приподнятом, восторженном состоянии. Наверное, и эти кадры киносъемки и эта звукозапись войдут в летопись человечества как одна из славных исторических страниц.

11 апреля. Последние сутки до старта.

Утром были на стартовой площадке. Проверка всего комплекса ракеты показала, что все обстоит благополучно. Главный конструктор космического корабля попросил почаще информировать его о состоянии космонавтов, о их самочувствии, настроении.

— Волнуетесь за них?

На мой вопрос он ответил не сразу. Видимо, сказывается привычка не бросать пустых, необдуманных фраз.

— А как вы думаете? Ведь в космос летит человек. Наш, советский. Юрий.

Помолчав немного, добавил:

— Ведь я его знаю давно. Привык. Полюбил, как сына. Сроднился, прирос душой.

Такой сердечной откровенности от Главного конструктора, обычно сосредоточенно-сдержанного, делового человека, я не ожидал.

13.00. Встреча Гагарина на стартовой площадке с пусковым расчетом. Немало десятков людей собралось, чтобы посмотреть и послушать первого космонавта. Юрий прежде всего горячо поблагодарил присутствующих за их труд по подготовке пуска, заверил, что он сделает все от него зависящее, чтобы полет явился триумфом для страны, строящей коммунизм.

После митинга — обед. Для космонавта он был не земным, а космическим. Вместе с космонавтами мы попробовали блюда космического обеда — пюре щавелевое с мясом, паштет мясной и шоколадный соус. И все это из туб, весом каждая по 160 граммов. Гурманам эти блюда большого удовольствия не доставят, но, во всяком случае, питательно.

Юрий чувствует себя превосходно. Доктор проверил состояние его организма: кровяное давление — 116/60, пульс — 64, температура — 36,6°.

Вечером мы опять в своем домике. Час назад Юрию укрепили необходимые датчики для записи физиологических функций организма. Эта операция продолжалась больше часа, и для того, чтобы она не очень утомляла космонавта, был включен магнитофон. Юрий попросил, чтобы побольше проигрывали русских народных песен. Любит он эти песни.

Потом мы сели уточнить распорядок завтрашнего дня, начиная с подъема — с пяти тридцати. Все было расписано по минутам: физзарядка, туалет, завтрак, медицинский осмотр, надевание скафандра, проверка его, выезд на старт и даже проводы на старте.

Уточнили регламент. Я не удержался и задал Юрию вопрос:

— Между нами: когда ты узнал, что полетишь именно ты?

— Я все время считал мои шансы и Германа на полет равными, и только после того, как вы объявили нам о решении комиссии, я поверил в выпавшее на мою долю счастье совершить первый полет в космос.

Юрий замолчал, а потом вдруг продолжил:

— Знаете, Николай Петрович, я, наверное, не совсем нормальный человек.

— Почему?

— Очень просто. Завтра полет. Такой полет! А я совсем не волнуюсь. Ну, ни капли не волнуюсь. Разве так можно?

— Это отлично, Юра! Рад за тебя. Желаю счастливой ночи».