Вертолет начинало серьезно потряхивать в воздушных течениях, и Том прилагал усилия, чтобы не отклоняться от выбранного направления. Плавно задействуя объединенное управление, он замедлял спуск, а с циклическим шагом несущего винта работал, добиваясь скорости движения сорок миль за час. Ног не отрывал от рулевых педалей, держа курс прямо на корову. Проверив скорость и высоту, он вслух произнес слова, которые потребуется сказать ему или Люку:

– Хьюстон, это «Бульдог», пятьсот футов, спускаюсь на… – он снова посмотрел на показатель вертикальной скорости, – пятнадцати. – Он слегка отпустил рычаг объединенного управления и летел вперед, используя только ручку циклического шага и сосредоточившись на корове в двух тысячах футов по курсу.

Неожиданно сильная турбулентность застала Тома врасплох. Он будто в воздушную яму попал и почувствовал, как вертолет стремительно падает.

– Черт побери!

Заход на посадку безнадежно испорчен: на Луне нисходящих вертикальных течений воздуха не будет. Он агрессивно навалился на ручку циклического шага, стараясь не потерять в скорости.

Инстинктивное действие пилота реактивного истребителя, но абсолютно ошибочное для вертолетчика – глупая ошибка новичка.

Устройство механизмов, передающих движение руки Тома на крутящиеся лопасти, было довольно сложным. Ручка управления циклическим шагом соединялась через систему тяг и пружин, проложенных у пилота под ногами, затем наверху за спиной и выше крыши «аквариума» с тарелкой автомата перекоса, изменение положения которой меняет направление оси конуса несущего винта. Когда Том налег на ручку, тарелка автомата перекоса накренилась, что должно было бы изменить угол атаки лопастей.

Но то, что принял Том за турбулентность, в действительности было неполадкой поворотного шатуна одной из тяг: там разболталась плохо завернутая гайка. Вибрация и центробежная сила, действуя совместно, продолжали все быстрее раскручивать гайку, пока та не отлетела совсем, и тяга механизма управления циклическим шагом тут же потеряла связь с автоматом перекоса. Лопасть винта, выйдя из-под контроля, выровнялась по потоку, и подъемная сила, создаваемая ею, обнулилась.

Вертолет Тома теперь удерживала в воздухе только одна лопасть.

Он продолжал что есть сил давить на рукоятки, а оставшаяся лопасть все агрессивнее резала воздух, создавая пронизывающую до мозга костей вибрацию – и с нею чрезмерное силовое напряжение в корпусе аппарата. Крутящий момент опускал нос вниз быстрее, чем могли отклониться большие лопасти несущего винта, а хвостовая балка стремительно задиралась. В мгновение ока лопасти ударили по хвосту, и кончики их, вращавшиеся на скорости шестьсот пятьдесят футов в секунду, вонзились в приводной вал рулевого винта. Столкновения тот не выдержал и отвалился.

Том почувствовал, как вертолет начинает неуправляемо вращаться. Маленький двигатель производства компании «Франклин» продолжал работать на полную мощность, пока сам Том выжимал ручку газа на максимум: в результате фюзеляж без противодействия рулевого винта раскручивался все быстрее. И вдруг у «Белл 47G» пропала вся подъемная сила, а с ней и контроль направления. Машина грохнулась с высоты пятисот футов, точно вращающийся валун весом в тонну. Том все еще держал руки на рукоятках, взывая к подъемной силе, а ноги – на педалях, надеясь сдержать вращение, когда жалкая развалина, в которую превратился его вертолет, столкнулась с жесткой почвой безлюдного пастбища. При ударе скорость аппарата достигла двухсот миль в час.

Весь полет продолжался одиннадцать минут, и два пузатых топливных бака оставались практически полны. При крушении их сорвало со стоек, и авиационное топливо с октановым числом 80/87 разбрызгалось, окружая раскаленный двигатель туманной дымкой. Туман мгновенно возгорелся, а пламя перекинулось на разбитые баки.

Том оставался пристегнутым к креслу, но уже не мог двигаться из-за серьезнейших травм, полученных при ударе, когда его вертолет исчез в пламени взрыва.

13

Люк первым заметил пламя и жирный черный дым, вздымавшиеся оттуда, где летал Том. Но к моменту, когда он взялся за рацию и доложил об этом, старший дежурный в диспетчерской уже сидел на телефоне, перекрикиваясь с группой быстрого реагирования Эллингтон-Филд, а его заместитель вызывал пожарных округа Харрис.

Крушение произошло в сельской местности, и доступ к обломкам вертолета был затруднен. Спасатели, выдвинувшиеся с базы, проехали до восточной части аэродрома, отперли большие ворота и помчались по ухабам, ориентируясь на столб дыма. Пожарные машины округа Харрис, завывая сиренами, пробирались к месту крушения по гравийным дорогам, предназначенным для сообщения с нефтяными скважинами. Обеим командам приходилось тормозить и прорываться сквозь изгороди из колючей проволоки, задерживавшие фермерский скот. Эллингтонцы подоспели раньше, но у них на это ушло четырнадцать минут. К тому времени топливо уже догорало, а скот сбился на краю поля; коровы стояли рядком, глядя на пожар с озадаченным и тревожным видом.