Читаем Оптимистка. Дневники. полностью

Краткую новостную справку? Хм. Сегодня никого не видела, ни с кем не разговаривала, ни от кого не бегала, проблем с желудком не испытывала. Вот =) Раф, похоже, ушел окончательно в загул, даже на звонки не отвечает, Сандра снова где-то, Олеся в своей компании тусуется, когда рядом со мной нет Лота, ну а пятерка как обычно. Читала весь день. Смотрела сериал «Плохие». Нашла незаконченную вышивку и совмещала просмотр с рукоделием. Ну разве я не идеал? Готовить было лень, весь день пила молоко с чем придется. Похудела, кажется. Жара стояла невыносимая, ноги в кроссовках измучились, бедные. Левая опять болит, ну да это не новость. Сижу вот, завязала ее, на стол закинула и в компе. Обещает мне мамка обещает, что зрение сядет скоро, такими темпами, возможно, и сядет. Тогда будет полный звездец.

Вот… Больше ничего не было. Я даже затосковала. К хорошему быстро привыкаешь, правда? А парни в моей жизни все-таки хорошее, как ни крути. Ой, я сейчас расстроюсь, кажется. Все, закругляюсь, пошла дальше «Плохих» смотреть.

21 мая

Проснулась к одиннадцати, вчера допоздна сидела за ноутом. Повалялась немного, потом Сим пришел, замурлыкал - подлиза, - пришлось вставать и кормить его. Возвращаться в постель не стала, умылась, наделась, заправила кровать, позавтракала перед компом, ищу, что почитать. Звонок в дверь. С тяжелым вздохом поднялась и потащилась к двери.

- Кто?

- Я.

Голос узнала.

- Зачем?

- Открой, пожалуйста.

Мне несложно, открыла. Алекс слегка улыбнулся.

- Привет.

- Ага.

Помолчали немного.

- Пустишь?

- Неа.

Такого ответа он не ждал, и лицо у него вытянулось.

- Почему?

- А почему бы нет?

- Ну и ладно, -несколько раздраженно проговорил он и полез в карман. - Я извиниться пришел за тот раз. Прости. Увлекся. Мир?

И он протянул мне два билета.

- Что это?

- Билеты.

- Вижу, не дура, куда?

- На аттракционы, -он улыбнулся вдруг безбашенной мальчишеской улыбкой. - Поехали со мной в парк Горького?

Через час мы уже входили внутрь. С какой радости я согласилась? Наверное, это ностальгия, мы здесь всегда семьей бываем, если есть время. И я катаюсь на лошадях. О, знаю, пустая трата времени и денег, но я обожаю кататься на них! Заработаю денег, буду ипподром посещать. Обязательно. Если время будет.

- С чего начнем?

- Не знаю, -пожала плечами. - Давай пока просто пройдемся.

- Ну пошли.

Мы спустились с площадки вниз, к фонтану, постояли там немножко, я потрогала воду - привычка, от которой необязательно избавляться, - заставила Алекса сделать то же - парень скептически отнесся к моему предложению, но послушно запихнул руку в воду. Эх, ну кто так делает! Сначала нужно коснуться кончиками пальцев, потом немного погрузить вниз, буквально на пару сантиметров, затем медленно опустить ладонь в воду целиком, и только тогда пошевелить пальцами, глядя на их искаженное движение. Тогда прочувствуешь весь процесс, поймешь, зачем он, а не бездумно намочишь руку…

Объяснять последовательность действия не стала, меня бы не поняли, больше чем уверена. Вместо этого подхватила его и потащила дальше.

Через пару часов я устала, но была довольной и счастливой. Мы побывали почти везде. Прокатились на машинках - он врезался в меня с довольной улыбкой во всю мосю, прямо как мой шестилетний брат в том году. Побывали в ракете, то бишь совершили путешествие в никуда, Алекс даже уговорил меня на «Кондор», но я заставила его сесть рядом - не скажу, чтоб он возражал особо - и держала его за руку, сжимая крепко и не открывая глаз. Помню, первый раз каталась лет в десять, пошли вместе с дядькой, он старше на одиннадцать лет, и должны были вместе сесть, но почему-то разделились. И вот я, мелкая, летала там на огромной высоте по кругу и разговаривала сама с собой с закрытыми глазами, разумеется. С тех пор, пожалуй, и приобрела привычку общаться с собой, хотя раньше никогда не задумывалась об этом. А Серега, дядя, гад такой, наслаждался видами, решил на меня посмотреть, а я губами шевелю и зажмурилась. Подкалывал потом неделю, не меньше! Врединка.

Перейти на страницу:

Все книги серии Дневники

Дневники: 1925–1930
Дневники: 1925–1930

Годы, которые охватывает третий том дневников, – самый плодотворный период жизни Вирджинии Вулф. Именно в это время она создает один из своих шедевров, «На маяк», и первый набросок романа «Волны», а также публикует «Миссис Дэллоуэй», «Орландо» и знаменитое эссе «Своя комната».Как автор дневников Вирджиния раскрывает все аспекты своей жизни, от бытовых и социальных мелочей до более сложной темы ее любви к Вите Сэквилл-Уэст или, в конце тома, любви Этель Смит к ней. Она делится и другими интимными размышлениями: о браке и деторождении, о смерти, о выборе одежды, о тайнах своего разума. Время от времени Вирджиния обращается к хронике, описывая, например, Всеобщую забастовку, а также делает зарисовки портретов Томаса Харди, Джорджа Мура, У.Б. Йейтса и Эдит Ситуэлл.Впервые на русском языке.

Вирджиния Вулф

Биографии и Мемуары / Публицистика / Документальное
Дневники: 1920–1924
Дневники: 1920–1924

Годы, которые охватывает второй том дневников, были решающим периодом в становлении Вирджинии Вулф как писательницы. В романе «Комната Джейкоба» она еще больше углубилась в свой новый подход к написанию прозы, что в итоге позволило ей создать один из шедевров литературы – «Миссис Дэллоуэй». Параллельно Вирджиния писала серию критических эссе для сборника «Обыкновенный читатель». Кроме того, в 1920–1924 гг. она опубликовала более сотни статей и рецензий.Вирджиния рассказывает о том, каких усилий требует от нее писательство («оно требует напряжения каждого нерва»); размышляет о чувствительности к критике («мне лучше перестать обращать внимание… это порождает дискомфорт»); признается в сильном чувстве соперничества с Кэтрин Мэнсфилд («чем больше ее хвалят, тем больше я убеждаюсь, что она плоха»). После чаепитий Вирджиния записывает слова гостей: Т.С. Элиота, Бертрана Рассела, Литтона Стрэйчи – и описывает свои впечатления от новой подруги Виты Сэквилл-Уэст.Впервые на русском языке.

Вирджиния Вулф

Биографии и Мемуары / Публицистика / Документальное

Похожие книги

Вне закона
Вне закона

Кто я? Что со мной произошло?Ссыльный – всплывает формулировка. За ней следующая: зовут Петр, но последнее время больше Питом звали. Торговал оружием.Нелегально? Или я убил кого? Нет, не могу припомнить за собой никаких преступлений. Но сюда, где я теперь, без криминала не попадают, это я откуда-то совершенно точно знаю. Хотя ощущение, что в памяти до хрена всякого не хватает, как цензура вымарала.Вот еще картинка пришла: суд, читают приговор, дают выбор – тюрьма или сюда. Сюда – это Land of Outlaw, Земля-Вне-Закона, Дикий Запад какой-то, позапрошлый век. А природой на Монтану похоже или на Сибирь Южную. Но как ни назови – зона, каторжный край. Сюда переправляют преступников. Чистят мозги – и вперед. Выживай как хочешь или, точнее, как сможешь.Что ж, попал так попал, и коли пошла такая игра, придется смочь…

Эд Макбейн , Джон Данн Макдональд , Элизабет Биварли (Беверли) , Дональд Уэйстлейк , Овидий Горчаков

Любовные романы / Приключения / Вестерн, про индейцев / Фантастика / Боевая фантастика