Читаем Опрокинутый горизонт полностью

Ассистентка не возражала, так как следующий пациент ожидался еще через двадцать минут. Пока что Мелли могла располагать кабинетом.

Оставшись одна, она вернулась к экрану и напечатала:

– Кто такая Хоуп?

[Ты]

– Меня зовут не Хоуп.

[1 = Хоуп]

– Не понимаю.

[1 + 2 = 1]

– Все равно не понимаю!

[2 = Джош]

– Кто бы ты ни была, прекрати эти идиотские уравнения! Объясни внятно!

Экран опустел, осталась только мигающая точка, позволявшая предположить, что программа погрузилась в размышления.

Отвечая на запрос Мелли, «Нейролинк» наконец написал:

[Хоуп была надеждой на будущее,

Ты – настоящее.

Я не могу научить тебя ничему, чего бы ты уже не знала]

– Ничего я не знаю! – возмутилась Мелли. – К чему эти загадки?

[Найди ее. Я все тебе отдала. Прощай. Хоуп]

Когда вошла с просьбой освободить помещение ассистентка, Мелли испуганно вздрогнула. Когда она повернулась к экрану, чтобы ответить, он уже погас.

* * *

Первое, что пришло ей в голову после ухода из Центра, – позвонить Саймону. Но он в это время должен был находиться на репетиции и не смог бы ответить.

За воротами ее ждал Уолт. Она села в машину и попросила отвезти ее в центр города.

– Что-то не так, мисс? У вас озабоченный вид, – сказал шофер, глядя в зеркало заднего вида.

Мелли была не озабочена, а растеряна и обеспокоена. Кто устроил игру с ней при помощи экрана? Кто такая Хоуп? Как цифра 2 могла соответствовать мужскому имени? А главное, что она уже знала? На все эти вопросы не было ответов, причем к ним добавлялся еще один: почему инстинкт подсказывал ей сохранить все это в тайне?

Потому, наверное, что если она расскажет о происшедшем, то ее примут за сумасшедшую.

Поскольку она помалкивала, Уолт открыл бардачок, достал серебряную фляжку, отвинтил крышку и подал фляжку Мелли.

– Только осторожно, это серьезная микстура.

Мелли отпила глоток и сильно закашлялась. Уолт с улыбкой забрал у нее фляжку.

– Мне хватит, – просипела она, продолжая кашлять.

– Похоже, что так, вон как вы покраснели! Ну, куда хотите ехать? Что-то мне подсказывает, что вам не хочется сразу возвращаться.

Уолт был прав: домой ей не хотелось – ни сейчас, ни тем более вечером. Она обдумала предложение Саймона и попросила Уолта высадить ее у дома № 65 на Коммонвелс-Драйв.

Портье открыл ей дверь и вручил ключи. Мелли бегло осмотрела квартиру на третьем этаже: спальня, маленькая ванная, гостиная с кухонным уголком, окна выходили на сквер. Окружающие фасады из красного кирпича и эркерные окна были точь в точь как в лондонском Мейфэре.

Немного погодя Мелли спустилась и попросила Уолта о последней услуге.

Водитель вернулся в поместье, явился в кухню, убедился, что поблизости нет дворецкого, и объяснил Долорес просьбу Мелли.

Обратно на Коммонвелс-Драйв он повез собранный Долорес чемодан. Отдав его портье, он уехал.

В семь часов вечера, подавая ужин, Долорес сообщила Барнетту, что его дочь отсутствует уже несколько часов. Гарольд удивился и даже оскорбился, что Мелли не предупредила его сама, после чего Долорес жестом позвала его в кабинет. Гарольд недоумевал, что на нее нашло, но хватило одного ее укоризненного взгляда, чтобы он присмирел.

Доверительным тоном, взяв с него клятву не выдавать ее, Долорес объяснила, что мисс Мелли готовит ему сюрприз. Она отправилась к друзьям-музыкантам в надежде возобновить филармонические турне.

Гарольд закрыл обеими ладонями широко разинутый рот, давая понять, что будет нем как рыба. После этого он почти вприпрыжку вернулся в столовую, и Долорес увидела со спины его восторженно поднятый большой палец. Глядя, как он удаляется по коридору, она удивлялась, как человек, создавший финансовую империю, может оставаться таким глупцом.

Сначала Мелли стеснялась воспользоваться постельным бельем Саймона, но потом вспомнила, что в доме Пиа они спали в одной постели.

Всю вторую половину дня она бродила по улицам, чтобы прочистить мозги, но в конечном счете отупела от усталости.

Купив в магазинчике по пути немного еды, она поужинала, включив старый фильм. До полуночи – к этому времени Саймон должен был поселиться в отеле – Мелли боролась со сном. С интервалом в десять минут она отправила ему два послания в надежде на ответ и, не получив его, предположила, что он весело проводит время. Прежде чем уснуть, она предупредила его, что разместилась в его квартире, и поблагодарила за то, что больше не должна чувствовать себя затворницей в огромном чужом доме. У нее слипались глаза, и она боялась отключиться на полуслове. Написав, что целует его, и отправив письмо, Мелли погрузилась в глубокий сон.

22

Пробудившись, Мелли почувствовала себя еще более свободной, чем накануне. Перед ней открывалась новая жизнь. Квартира Саймона была немногим больше, чем ее комната в родительском доме, но ее устраивали именно эти человеческие масштабы. Убранство квартиры свидетельствовало о тонком вкусе хозяина.