Читаем Опиум полностью

Путь заблудшей Божией коровки —По цветной стезе татуировки,Мимо локтя, жилистым предплечьем,Заповедным телом человечьим,Через всю долину смуглой кожи…Мы с тобой, сестрица, так похожи.Я, живой — пока. Один из многихЗемноводных и членистоногих.Дышущее братство. Биомасса.Всё бредём, не зная дня и часа —Сколько б смерть свою ни торопили —Поперёк вселенской энтропии.Мы с тобой, сестрица, плоть от плоти.Наш ковчежец — на автопилоте.Рассуждаю о свободной воле,Словно мышь-полёвка в сжатом поле,Над которым бог — голодный сокол.Я тебя травинкою потрогал.Что ж, сестрица-лаковая-спинка,Я ведь тоже вышел из суглинка,Я ведь тоже только полукровка.Улетай же, Божия коровка!Мы живём (одна земля под нами),Различаясь только именами.Имя существительное — мнимость.Имя прилагательное — милость.В хляби мирового бездорожьяЯ — разумный (sapiens). Ты — Божья.Но и мне, невольнику идеи,Так хотелось зваться Homo Dei.Мы б тогда, забыв о бренном теле,В голубое небо улетели.Полетели бы на небо,Принесли бы деткам хлеба,Чёрного и белого,Только не горелого.

(Я в прошлое стучусь)

Я в прошлое стучусь.И звук такой: бум-м! бум!(Ограбленный тайник?)А в будущее яТихонько поскребусь —Там только гул и гудЗа Царскими Дверьми.И вот в своём теперь,И вот в своём сейчас,И ныне, и пока,Не ведая потерь,Валяя дурака,По самый хвост увяз.Туда — сюда… Но нет«Туда» или «сюда».Есть только это «здесь»(И мне в нём хорошо).Я — это только я.Всё остальное — Бог.Как муха в кулаке,Жужжу свои псалмы.

Перед рассветом

Перейти на страницу:

Похожие книги

Москва
Москва

«Москва» продолжает «неполное собрание сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007), начатое томом «Монады». В томе представлена наиболее полная подборка произведений Пригова, связанных с деконструкцией советских идеологических мифов. В него входят не только знаменитые циклы, объединенные образом Милицанера, но и «Исторические и героические песни», «Культурные песни», «Элегические песни», «Москва и москвичи», «Образ Рейгана в советской литературе», десять Азбук, «Совы» (советские тексты), пьеса «Я играю на гармошке», а также «Обращения к гражданам» – листовки, которые Пригов расклеивал на улицах Москвы в 1986—87 годах (и за которые он был арестован). Наряду с известными произведениями в том включены ранее не публиковавшиеся циклы, в том числе ранние (доконцептуалистские) стихотворения Пригова и целый ряд текстов, объединенных сюжетом прорастания стихов сквозь прозу жизни и прозы сквозь стихотворную ткань. Завершает том мемуарно-фантасмагорический роман «Живите в Москве».Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации. В ряде текстов используется ненормативная лексика.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия
Дыхание ветра
Дыхание ветра

Вторая книга. Последняя представительница Золотого Клана сирен чудом осталась жива, после уничтожения целого клана. Девушка понятия не имеет о своём происхождении. Она принята в Академию Магии, но даже там не может чувствовать себя в безопасности. Старый враг не собирается отступать, новые друзья, новые недруги и каждый раз приходится ходить по краю, на пределе сил и возможностей. Способности девушки привлекают слишком пристальное внимание к её особе. Судьба раз за разом испытывает на прочность, а её тайны многим не дают покоя. На кого положиться, когда всё смешивается и даже друзьям нельзя доверять, а недруги приходят на помощь?!

Ляна Лесная , Of Silence Sound , Франциска Вудворт , Вячеслав Юшкевич , Вячеслав Юрьевич Юшкевич

Любовное фэнтези, любовно-фантастические романы / Поэзия / Фэнтези / Любовно-фантастические романы / Романы