Читаем Операция «Пилот» полностью

— Бдим, бдим. — Егоров пригладил светлый короткий чубчик, размышляя. — Не понимаю, у них что, обострились отношения? Они собираются с ним порвать или поставить на место, чтобы не рыпался? Думают, дали деньги, так он уже и продался?

— Таки он и продался, — развел руками Старостин.

— Нам не надо, чтобы они сошли с крючка. Поэтому пусть будет посговорчивее. — Он снова взглянул на часы, прикидывая, успевает ли он на быстрый поезд, который домчит его до Москвы за шесть с половиной часов, или ехать автобусом? — Но в то же время со всем подряд соглашаться не стоит — это вызовет подозрения у ГУР.

— Они обещают сделать новые паспорта на новые ФИО. — Старостин поднял палец, оттеняя словосочетание «новые ФИО». — Он исчезнет вместе с семьей, растворится, при хорошем раскладе осядет где-нибудь в Австралии.

— Ты в это веришь? — Егоров с иронией посмотрел на друга. — Брось! Если он и проживет какое-то время, то оно будет недолгим. Ровно столько будет жить, сколько сможет информации им выдать подобру или под принуждением. Но чтобы он им верил, они придумали и про новую фамилию, и про паспорта Евросоюза.

— Его девушке они тоже предлагают уехать в Армению. Там в течение двух суток обещают ей оформить вид на жительство в Австрии или Германии, как вариант: Словакия и Болгария. Из Армении в Прибалтику. В Риге она получит большую часть вознаграждения Пелехова на счет, открытый в Прибалтике. Выезжать из Армении в Прибалтику будет нелегально. Поэтому они предлагают, минуя вариант с Арменией, вылететь сразу в Ригу, оформив визу легально.

* * *

Когда Егоров сразу с вокзала приехал в дом два, в кабинете на столе его уже ожидала стопка документов, полученных Говоровым. Леонид дежурил всю ночь, а теперь похрапывал на диване, обхватив круглую подушку. Из-под подушки торчал край папки, ее содержимое он, наверное, читал на сон грядущий.

— Ну что ты дрыхнешь? — возмутился Егоров. — Что ты мне тут положил? Докладывай!

Он поймал подушку, которую запустил в него Леня, и метко швырнул обратно. Говоров всхрапнул и повернулся носом к спинке дивана. Если он даже домой не поехал отсыпаться, значит, вымотался крепко.

Сняв пиджак и усевшись в кресло, Егоров открыл папку.

«Полина и Диана Абрамовы, сестры. Проживают в г. Москве по адресу…»

«Ага, — понял он. — Девушек уже установили. Странно только, почему они в Москве, а он в Казани?» — Вася прочитал следующие строки и понял, что девицы — студентки одного из московских вузов, а потому в столице на учебе. Отбудут в Казань, как только начнутся каникулы.

Далее прочитал новую переписку Пелехова с гуровцами.

Пелехов, встревоженный, писал: «Работаем с юга. За границу не залетаем. Как мне можно обеспечить свою безопасность??? Сбить могут как ваши, так и наши, так как согласования не будет никакого!!!» Ответили украинские разведчики не сразу: «Технические детали, как безопасно сесть, еще прорабатываем и позже ответим по этому вопросу».

— Как сесть, чтобы срок поменьше, — пробормотал Василий, размышляя, насколько долго удастся играть и как далеко зайдут в выведывании маршрутов пролета над Украиной.

Его, как опытного стрелка, мастера спорта по пулевой стрельбе из крупнокалиберного пистолета и винтовки, всегда отличала целеустремленность и в прямом, и в переносном смысле. Глобальная цель — победа в СВО, а на его контрразведывательном отрезке главное — сделать работу украинской военной разведки прозрачной, дезавуировать ее.

Правда, теперь словосочетание «персона нон грата» не вызывало в разведсообществе такого испуга, как лет сорок назад, не смущало, не пресекало деятельность пойманной за руку спецслужбы хоть на сколько-нибудь значимый срок. Отбрехивались по принципу «сам дурак» и шли дальше, работая порой топорно, грубо, беспринципно. Тут уж речь не шла о разведке в смокингах и интеллектуальной борьбе с противником.

Василия особенно интересовала разведка маршрутов пролета, координаты аэродромов. После того как в феврале наши войска отбомбились по военным аэродромам Украины, кое-что все же уцелело, и некоторые небольшие аэродромы украинцы переориентировали под военные нужды. Необходимо разбираться и с ними.

Ермилов только лишь на этом не собирался концентрироваться. Его волновало похищение штурмана и фактическое покушение на его убийство, запланированное ГУР. Выдержит ли организм штурмана большую дозу препарата, резко снижающего давление, да еще если учесть перегрузки в боевом самолете? Что это, как не покушение на убийство?

Когда Егоров пошел на доклад к начальнику отдела, он получил от Старостина еще сканы переписки. ГУР заметно активизировалось после передачи денег пилоту.

— Что там? — Ермилов взял распечатку и пробежал ее глазами, выхватив ключевые моменты.