Читаем Операция «Пилот» полностью

— Вы мне совершенно не нужны. Разве что информация, которой вы владеете. Хотя, если вы умрете, не сообщив нужные мне сведения, я не слишком расстроюсь. Вы приговорены, и только лишь дело времени, когда наступит ваша смерть. Хотя, — снова сказала она, и Савойский почувствовал, что сейчас сердце взорвется у него в груди от страха и отчаяния, — мы можем повременить с исполнением нашей миссии, если нам покажется, что вы искренне желаете не только поделиться с нами своими знаниями, но и в дальнейшем станете содействовать в решении некоторых вопросов.

— Что я должен сделать? — Савойский не хотел умирать.

— Вспомните события восьмого января двадцатого года. — Женщина отошла от стены, один из мужчин тут же подал ей стул, стоявший за спиной Савойского, — тот догадался, что женщина выше их по положению. Ожидать от иранцев милосердия не стоит, но и врать им нельзя, иначе не останется шансов выжить и к тому же не быть покалеченным.

Шансы после названной ею даты резко приблизились к нулевой отметке.

— Я не понимаю… — пробормотал он.

— Неправильное начало. — Она покачала головой. — Мы не станем вас пытать. Вы умрете быстро, без особых страданий, если это вас утешит. Просто перестанете существовать.

Это, как и было рассчитано, напугало сильнее, чем реальные действия.

— Сбитый под Тегераном «Боинг-737–800» международных авиалиний Украины, — пролепетал Савойский.

— Да-да, ваш «Боинг», вашей компании. Якобы сбитый двумя ракетами, запущенными с базы КСИР в отместку за убитого американцами иранского генерала КСИР. С кем из ЦРУ вы контактировали? Кто именно приказал вам уничтожить собственный самолет? У вас не будет другой возможности покаяться. Вы стали исполнителем воли американцев, вашими руками подставивших Иран. А вы, разумеется, кроме страховки за самолет получили приличную сумму за услугу. Не так ли? И не потому ли хотят американцы вас «закрыть», чтобы вы не наболтали лишнего? Я жду.

— Я не понимаю, — начал было снова Савойский, но, увидев, что женщина собирается встать, быстро сказал: — Нет-нет, постойте. Я не понимаю только, зачем вам нужно мое признание, если вы и так все знаете.

— Не столько признание, сколько детали и обстоятельства тех событий. Кто исполнители и как вы это осуществили, вы расскажете позже. Кто вам «подсказал» организовать крушение самолета?

— Томас Обраен. Я с ним имел дело. Не знаю, кто он по должности в посольстве. Но просил меня он. Один из чиновников устроил нам с ним встречу, наверное, по просьбе самого Томаса.

Женщина кивнула. Как видно, ее удовлетворила четкость ответа и, похоже, она знала, кто такой Томас Обраен.

— Где вы встречались?

— В ресторане, в отдельном кабинете. — Он назвал адрес ресторана на Крещатике. — Меня, разумеется, попросили никому не говорить о встрече с ним. Но я и сам не заинтересован афишировать.

Он не торговался, рассказывал все взахлеб. Зная цену деньгам, Савойский прекрасно понимал, что этим людям деньги не нужны, их не удастся подкупить.

— То есть вы хотите сказать, что не были инициатором? — раздался насмешливый вопрос из-под маски.

— Нет, конечно!

— Хорошо. — Она встала и прошлась по комнате, от нее исходил пряный запах духов. — А что с торговлей оружием? Ведь ваши люди на Украине имеют непосредственную связь с кем-то из военных или военной разведки, теми, кто обладает достаточной властью и ресурсами, чтобы от обильного потока оружия отсечь небольшой ручеек, который пойдет, скажем, в Йемен. И принесет хорошие деньги. Вам лично принесет хорошие деньги как посреднику в переговорах с хуситами. Вопрос только в том, с кем именно на Украине вы вели переговоры?

Савойский замер, парализованный страхом. Он не мог даже представить, что им настолько заинтересуется Иран и что они узнают такие детали переговоров. Кто же слил информацию? Может, и хуситы, они с Ираном рука об руку. Религиозные верования у них схожи. Однако хуситы потеряют возможность получать оружие, если сольют персам своего поставщика. Чтобы иранцев проинформировали украинцы, еще менее вероятно. Зачем? Какой им с того профит?

— Назовите имя! — вывела его из ступора женщина.

— Знаю только, что зовут его Георгий. Он работает в ГУР, насколько я понял, вроде бы начальник отдела или что-то в этом роде. Ни фамилии, ни звания я в самом деле не знаю. Если начну выяснять у своих людей, это вызовет ненужные подозрения. Лишние вопросы там сейчас опасны для жизни. Я и так на Украине практически персона нон грата. Я постараюсь узнать, если вы отпустите меня. Согласен на любую форму сотрудничества.

В соседней комнате бомбоубежища выключили диктофон, записавший весь разговор с олигархом. Савойский прекрасно понимал, что его болтовню пишут. Будут шантажировать. Но мечтал только об одном — оказаться снова в своем доме на Галей Тхелет, чтобы у ворот маячили широкие спины охранников, камеры наблюдали обстановку по периметру. Чтобы ни одна мышь…