Все жители нашего дома любят Ральфа. Когда он появляется во дворе, малышня тут же кидается к нему, чтобы приласкать его. Мой друг никогда не обижает детей. Зато все хулиганы с Больничной улицы теперь удирают от нас со всех ног. Ральф им однажды показал, на что он способен.

Такого преданного друга у меня еще никогда не было. Когда мне радостно, он радуется вместе со мной, когда мне плохо, он меня утешает. Ральф никогда не поступает мне наперекор, он всегда слушается. Его преданные глаза следят за каждым моим движением. Я очень люблю своего Ральфа и ни о каких других друзьях не мечтаю».

В классе поднялся шум.

— Это уже прислуга, а не друг, — первым высказал свое суждение Дидзис. — Подносит тапочки, ходит за газетой.

— Не верьте ему, никакого друга у него нет, — словно сорока затрещала Даце. — Это он все для красного словца нафантазировал.

— Ясное дело, все это выдумка, — взвизгнула Вия, — я живу с ним в одном доме, уж я бы тогда видела этого друга.

— Закрой рот, — перебила ее Инта. — Есть у Рейниса такой друг, есть!

Я сидел, застыв, точно мумия, и молчал.

— Мне кажется, самое разумное, спросить у самого Рейниса, — учитель заткнул рот всем крикунам сразу. — Ты забыл написать главное, кто же этот твой друг?

— Немецкая овчарка, — гордо сообщил я.

Такого ответа не ожидал никто.

— А-а, так ты имел в виду животное? — протянула Вия.

Зато мальчишки все пришли в восторг.

— Где ты его оторвал? А что, он по следу тоже идет? Мы хотим посмотреть.

— А твоя собака девочек не кусает? — осмотрительно спросила Даце.

Понятно, что на такие глупые вопросы я вообще отвечать не стал.

— У меня есть предложение, — снова заговорил учитель. — Через несколько дней мы идем в поход. Вот пусть Рейнис и возьмет собаку с собой.

— Конечно, возьму, — стараясь казаться равнодушным, согласился я. Ну, Ральф, держись! Мы не должны ударить в грязь лицом.

Накануне похода я укладывал рюкзак. Ральф, несчастный из-за намордника, который я надел на него, скулил и пытался сорвать с себя эту душегубку. Но без намордника учитель не разрешил его брать с собой — зверь остается зверем, как бы чего не вышло.

Мама, устроившись в кресле, читала газету.

— Тебе, наверное, придется расстаться со своим другом, — неожиданно сказала она. — Смотри, сообщение из милиции: «Гражданин Я. Янсон разыскивает пропавшую собаку, порода — немецкая овчарка, желтосерая, с темной полосой вдоль спины…»

В один миг очутился я около мамы и вырвал у нее из рук газету. Да, там, действительно, было написано: «… отзывается на кличку Ральф. Нашедшего прошу сообщить т. Янсону, ул. Заля… и т. д.»

Ну что тут скажешь? Отдать Ральфа, после того как мы друг к другу так привязались. Нет! Никогда, ни за что! Но теперь-то мама наверняка не согласится держать собаку — это яснее ясного. Значит, нам надо бежать. Но куда?

— Янсон, — задумчиво, будто сама с собой, заговорила мама. — Лучшего разведчика в нашей партизанской бригаде тоже звали Янсоном. Янис Янсон. Может быть, он и есть. Янис долгое время жил в Якутии, руководил золотыми приисками. Умный был парень. И хороший.

Что мама сказала? Партизан? В тот же миг я вспомнил прошлое лето. Лес без конца и края. До ближайшего обжитого места несколько километров. Дом лесника, в котором мы с мамой ночевали. Ей очень хотелось найти место, где стоял партизанский лагерь, где они с папой воевали. Нам не повезло. В послевоенные годы все очень изменилось. Поляна заросла и сравнялась с лесом, большие деревья вырубили.

Да, другого выхода не было. Пусть мама думает, что я иду в поход, а на самом деле мы с Ральфом поедем в… Как же это место называется? Межгали? Межмали? Нет, кажется, Межвиды. Какое-то время мы поживем в доме лесника, а потом посмотрим, что дальше делать.

— Ты так снаряжаешься, будто на все лето собрался, — заметила мама, увидев кучу вещей, которые я запихивал в рюкзак: одеяло, простыню, белье, хлеб, яйца, масло, колбасу…

Может, она что-то почувствовала?

— Учитель велел, — оправдывался я, — в походе мало ли что может случиться: и в реку упасть можно, и под дождем намокнуть. Еды тоже надо побольше — сама знаешь, Ральф ест за двоих.

— Ладно уж, ладно, — отмахнулась мама. — Самому же придется тащить эту тяжесть.

Без всяких просьб, по собственному почину я нарубил и принес в кухню дров, на неделю, по крайней мере, хватит.

— Что это с тобой сегодня? — подивилась мама. — Иной раз палкой не заставишь…

Если бы она знала правду, она бы так спокойно не говорила. В принципе я против обмана. Но что поделаешь, если так сложились обстоятельства!

Мама тщательно оглядела меня. Ну, теперь-то наконец я докажу, что могу прожить и один.

Два года собирал я деньги на мопед, теперь придется отложить покупку. Шестьдесят восемь рублей нам с Ральфом по крайней мере на два месяца хватит. Будем есть то, что подешевле: картошку, хлеб, молоко, в лесу будем собирать ягоды и грибы. Нечего лишний жир копить.

План побега я продумал до мелочей — сначала на автобусе до Баложи, а потом на попутной машине. Это будет и дешевле, и надежней.

Глава 4. В покинутом доме. Странные находки