Читаем Опекун полностью

Сопротивляться? Вопрос рваным глухим эхом шумел в мыслях, смешиваясь со звуком падающей воды.

Тая мало что не понимала, была ошеломлена.

Резкий дневной свет лился из окна в ванной комнате и беспощадно подсвечивал реалистичность происходящего. От остроты ощущений подкашивались ноги. В голове царил бардак.

Вроде бы уже было все, и отталкивать его глупо. Да и как, если внутри Таи каждая клеточка наоборот льнула к Кириллу.

Но…Это уже не пьяная бредовая ночь.

Кто она ему? А он ей?

Один раз – случайность, порыв. А сейчас…???

Ленивый поцелуй тем временем внезапно стал агрессивным и давящим, словно Кир наконец полностью проснулся и уже точно знал, куда их ведёт. Он так и мял нежные бедра и ягодицы ладонью, постепенно трогая всё ниже и откровенней. Вторая же рука прошлась по девичьей груди, задевая ставший таким чувствительным сосок, огладила ключицы, чуть сдавила горло, вынуждая Таю выгнуть шею и задрать подбородок, чтобы посмотреть Киру в глаза.

Он отстранился, ловя её полный мечущихся сомнений взгляд, крепко перехватил ладонью подбородок, погладил пальцами за ушком как пугливую кошечку. Глаза Кира стали совсем черными и завораживающе тускло мерцали. Верхняя губа хищно дернулась в полуулыбке, пока он разглядывал запрокинутое к нему Таино лицо. Наклонился к ней, почти соприкасаясь носами, наблюдал.

Она вжалась лопатками в стену, чувствуя себя такой безвольной, беспомощной в руках этого нависающего над ней мужчины. И в то же время ей стало бездумно хорошо. Чувственные токи забродили по телу, делая его ватным, слабым.

Пусть что хочет делает. Она спросит, что это значит, потом. И даже если не будет значить ничего, ей все равно хочется…

В голове наступил вязкий штиль, и Кир будто мгновенно считал её настроение. Снисходительно хмыкнув, поцеловал снова в губы, трогая языком её язык и прикусывая нижнюю губу. Мужская ладонь с бедра скользнула вниз и накрыла промежность, указательный и средний пальцы толкнулись в тут же рвано выдохнувшую и вставшую на носочки Таю.

– Ещё больно? – поинтересовался Кир хриплым шепотом, трогая её внутри.

Тая вцепилась в мужские плечи, часто задышав. Его полностью вставший член вдавился ей в живот, обжигая. Она остро его чувствовала, но не могла набраться смелости опустить глаза и посмотреть…По коже крупные мурашки рассыпались, поплывший взгляд замер на уровне мужского кадыка.

– Больно? – повторил Кир требовательней, влажно целуя её в висок, потом в шею.

Одной рукой он уперся в стену над Таиной головой, другой так и гладил её изнутри, имитируя самые древние движения.

Тая, закусив губу, отрицательно мотнула головой.

– Хорошо, – Кир тут же убрал руку и оперся обеими ладонями в стену по разные стороны от ее макушки.

Навис, разглядывая порозовевшее лицо девушки подернутыми поволокой глазами.

– Хочешь нормально кончить? – с усмешкой превосходства спросил.

Девушка почувствовала, как лицо начинает болезненно пылать от такой пошлой откровенности. И хорошо, что Кир не ждал ответа. Подхватил её под бедра, заставив обвить его ногами, и мокрую вынес из душа.

Тая крепко обняла руками его шею, чтобы не упасть, и сама робко прижалась губами к мужским губам, лишь бы не видеть этот тягучий от похоти и в тоже время снисходительный взгляд, прожигающий её насквозь.

После ванной, наполненной паром от горячей воды, в комнате было ощутимо зябко. Кожа стала гусиной, Тая мелко задрожала и отчетливей ощутила, как липнут друг другу их мокрые тела. Кир был горячий, твердый, колючий на груди, животе, бедрах, предплечьях. От его поцелуев горели щеки, стертые до раздражения.

И этот взгляд, высверливающий её до самой сердцевины. Словно он заранее всё знает про нее.

Она снова встретилась с ним глазами, когда он уронил её на постель, прикрылась нервно, страдая от дневного света и от того, как он медленно скользит по ее телу глазами, полуприкрытыми отяжелевшими веками. Кир навис сверху, уперев колено в матрас между ее ног. Замер так на секунду, рассматривая. Потом нагнулся к брюкам, валяющимися на полу, достал из кармана пару запечатанных презервативов, швырнул их небрежно у Таиной головы и только тогда опустился на девушку.

Пошлый, требовательный поцелуй в губы, сплетение языков, ускоряющееся шумное дыхание. Мужские руки, беспорядочно путешествующие по ее телу и трогающие в самых интимных местах.

От Кира накатывающими усиливающимися волнами ощущалась чувственная, подавляющая агрессия. Будто он разгонял сам себя и её тащил в этот омут за собой. Тая плотно закрыла веки, обняла его за шею, поддаваясь. Тело непроизвольно двигалось, то плавно вжимаясь в его живот и бедра, то игриво отступая. Хотелось тереться, льнуть к нему. А потом сгорать от смущения и таять в острых ощущениях, когда Кир перехватил её левую кисть и заставил пальцами обхватить в полукольцо его подрагивающий каменный член.