Читаем Опасные леди полностью

– Но почему? – растерянно спросил, ни к кому особо не обращаясь, Уильям.

Он побледнел, с тревогой глядя на то, как яхта все удаляется и удаляется от берега и все ближе и ближе подходит к рифу.

– Наверное, я сказала или сделала что-то, что подвигло Эбби на это безумие, – нервно пробормотала Джесс.

– Да уж, вы наговорили и натворили всего предостаточно, – огрызнулся Оливер.

– Оливер, прекрати! – не отрывая глаз от яхты, отрезал Уильям.

Они все с тревожным напряжением продолжали следить за яхтой, и всем им казалось, что проходили часы.

Вдруг Оливер оживленно воскликнул: – Ох, девочка моя! Умница! Она прошла! – Он подпрыгнул на целый фут от земли, выбросив в воздух кулаки, как делают подчас победившие спортсмены. – Она прошла! Она сделала это! Проскочила мимо этого адского рифа! Ох, как я люблю ее, эту сумасшедшую! Нет, уж теперь я обязательно женюсь на ней. Ох, братцы, да это мое счастье! И я сделаю так, что и она будет счастлива!

Тут он снова взялся за рацию.

– Эбби, родная, ты справилась! Сердце мое, ты сделала это! Прошу тебя, выходи за меня замуж, девочка, лучше тебя мне никого не найти!

– Да успокойся ты, будет с тебя! – прикрикнул на брата Уильям, понемногу сбрасывая оцепенение крайней напряженности. Лучше скажи ей, чтобы глушила моторы и становилась на якорь.

– Эбби, глуши моторы и становись на якорь! – Тотчас прокричал в рацию Оливер.

– Он у вас что, попугай? – пробормотала Джесс и тотчас встревожилась, как бы ее кто не услышал.

Но Уильям услышал и теснее прижал ее к себе.

До Джессики только сейчас начало доходить, что он все еще обнимает ее. Вдруг она вспомнила, что он назвал ее дорогая, но из-за ужаса и страха память только теперь начала возвращаться к ней. Позже, когда Эбби вернется к ним и будет в полной безопасности, надо обдумать это. Ох, Эбби, почему она пошла на такой риск? Чего хотела этим добиться? И что намерена делать дальше?

В эту минуту послышался щелчок приемника, и затем вновь раздался веселый голосок Эбби:

– Глушу моторы, становлюсь на якорь. Ох, это все так просто. Здесь на любой случай есть своя кнопка. После такой практики я смогу заняться даже серфингом по Интернету.

– Нет, она точно сумасшедшая, – пробурчал Уильям.

– Сейчас я приплыву к тебе, Эбби, сказал Оливер, уже стащив свободной рукой подтяжки и расстегивая рубашку. Стой где стоишь, я приплыву за тобой.

– Нет, Оливер!

Все трое насторожились от перемены в ее тоне. Больше никакого веселья. Эбби заговорила вдруг чрезвычайно серьезно:

– Теперь слушайте меня, вы, все трое. Вы, конечно, меня не видите, только яхту. Но вот я стою здесь одна, считая себя, как говорится, заложницей. Я вижу приближающиеся штормовые облака, и хотя море все еще спокойно, но это, возможно, ненадолго. Полагаю, у вас есть полчаса, чтобы обсудить ваш конфликт и…

– Эбби! – с тревогой крикнул Оливер.

Нет, Оливер, молчи, ты слишком далеко сейчас, у тебя нет возможности заткнуть мне рот поцелуем и спустить все на тормозах. Вы все слушайте! Считайте эту ситуацию актом заложничества. Может быть, вам, мальчики, легче это понять, поскольку у вас в этих делах достаточно богатый опыт. Я выдвигаю условия. Джесс, ты тоже слушаешь?

Да! – воскликнула Джесс. – Я слушаю.

Хорошо. Мы все хотим узнать от тебя правду, хватит уже лгать, ты всех нас своей ложью погубишь. Скажи Уильяму то, в чем призналась мне. Потом помиритесь и поцелуйтесь, или что вы там обычно делаете вдвоем… Оливер, я не соглашусь выйти за тебя замуж до тех пор, пока они не помирятся. Поэтому сейчас ты должен проследить за тем, чтобы они действительно помирились, по-настоящему. Итак, у вас полчаса. Если все решится положительно, махните мне чем-нибудь белым. Если же нет…

Она ничего больше не сказала, рация отключилась, а они стояли и растерянно смотрели друг на друга. Глаза Джесс наполнились слезами. Да, во всем этом только ее вина. Это она толкнула сестру на такое отчаянно рискованное мероприятие.

– Ох, Уильям, – простонала она, склонив голову ему на грудь, и вдруг горестно воскликнула: – Что я наделала!

– Нет, что я наделал! – повторил он за ней и крепче прижал к себе.

Оливер, раздевшись до трусов, уже готов был спрыгнуть с пристани вводу, чтобы плыть к яхте, когда Уильям, выпустив Джесс из объятий, рванулся к брату и схватил его за руку.

На какую-то долю секунды Джесс показалось, что Оливер сейчас ударит брата в челюсть. Возможно, он и ударил бы, но Уильям прежде успел сказать:

– Передай ей, что все улажено. Джесс и я, мы хотим пожениться. Так что давай не мешкай, плыви и выручай ее, а не то сам получишь у меня в челюсть.

Оливер вдруг усмехнулся, взглянув на брата, затем повернулся, прыгнул в воду и поплыл в сторону яхты.

Джесс смотрела на Уильяма, и слезы струились по ее щекам. От волнения у нее перехватило горло, так что ей с трудом удалось заговорить.

– Вы так сказали, чтобы спасти мою сестру? – насилу прохрипела она.

– Конечно, – мрачно ответил Уильям.