Читаем ОНО полностью

— Ладно, может быть, сломал, а может, и нет, — сказал мистер Кин все с той же циничной улыбкой, блестя глазами, и я содрогнулся, потому что знал, что он имеет в виду… и он знал, что я это знаю. Когда катится что-то тяжелое, его невозможно остановить; оно просто будет катиться и катиться, пока не докатится до ровной поверхности, которая замедлит его движение. Если вы окажетесь у него на пути, оно вас расплющит, но тем не менее не остановится.

— Может быть, сломал, а может, и нет, — повторил мистер Кин. — Но я могу тебе сказать, что сделал Лал Мэйчен. Остаток дня и весь следующий день, когда в магазин заходил кто-то, кого он хорошо знал, буквально несколько человек, он говорил им, что знает, кто охотится на оленей и куропаток в лесах у границы между Ньюпортом и Дерри. Банда Бредли. Это точно они, потому что он узнал их. Он говорил им, что Бредли со своими головорезами вернутся на следующий день около двух часов, чтобы забрать остальной заказ. Он говорил, что пообещал Бредли любые патроны, какие ему нужны и намерен сдержать свое обещание.

— Сколько? — спросил я. Он словно загипнотизировал меня своими блестящими глазами. Неожиданно из-за сухого запаха этой комнаты, запаха лекарств и порошков — мастерола, карболки и микстуры от кашля — неожиданно из-за всех этих запахов я почувствовал, что задыхаюсь, но сейчас я бы скорее умер от недостатка кислорода, чем ушел.

— Сколько человек предупредил Лал? — уточнил мистер Кин. Я кивнул.

— Я не знаю точно, — сказал мистер Кин. — Я не стоял там и не караулил. Я думаю, всех, кому, как он чувствовал, можно доверять.

— Кому можно доверять, — задумался я. Мой голос слегка осип.

— Ага, — сказал мистер Кин. — Кто жил в Дерри, разумеется. Не тех, кто пас коров. — Он посмеялся старой шутке и продолжил рассказ.

— Я пришел около десяти часов на другой день после того, как банда Бредли появилась у Дала. Он все рассказал мне и поинтересовался, чем может мне помочь. Я только зашел посмотреть, не готовы ли пленки — тогда Мэйчен всем пытался всучить пленки и фотоаппараты Кодак — и, получив фотографии, я сказал, что хотел бы купить немного патронов для своего винчестера.

«Собираешься пострелять, Норб?» — спросил Лал, передавая мне патроны.

«Может быть, удастся подстрелить несколько лисиц», — ответил я, и мы довольно рассмеялись. — Мистер Кин засмеялся, хлопая себя по дряблой ляжке, как будто это была самая удачная шутка в его жизни. Он наклонился ко мне и похлопал меня по коленке.

— Я имею в виду, сынок, что эта история дошла до тех ушей, для которых она предназначалась. Маленькие городки, сам понимаешь.

Стоит рассказать нужным людям то, о чем хочешь, чтобы знали все и… понимаешь, о чем я говорю? Еще лакрицу? Онемевшими пальцами я взял еще лакрицу.

— Поправлялся, — сказал мистер Кин и захихикал. Он сразу стал старым, бесконечно старым… очки с бифокальными линзами соскользнули с длинного носа, тонкая кожа слишком плотно обтянула щеки.

— На другой день я принес в лавку свое ружье, а Боб Таннер, — он был лучшим помощником из всех, кто у меня был после него, — принес пугач. Около одиннадцати часов того же дня пришел Грегори Коул, и попросил двуокись соды и сказал, что будь он проклят, если у него к поясу не прицеплен кольт 45-го калибра.

«Не отстрели себе яйца, Грег», — сказал я.

«Я обошел все леса по дороге из Милфорда не для того, чтобы ты тут скалил зубы, мать твою, — сказал Грег. — Думаю, я кое-кому отстрелю яйца еще до захода солнца».

Около половины второго я повесил на дверь небольшую табличку с надписью: СКОРО ВЕРНУСЬ, ПОДОЖДИТЕ, ПОЖАЛУЙСТА, взял ружье и вышел на Ричард-аллей. Я спросил Боба Таннера, не хочет ли он пойти вместе со мной, и он ответил, что ему надо закончить рецепт для миссис Эмерсон и он подойдет попозже. «Оставьте мне одного в живых, мистер Кин», — сказал он. И я ответил, что ничего обещать не могу.

Вряд ли можно было пробраться по Канал-стрит иначе, чем на автомобиле или пешком. Тогда, да и сейчас тоже, там собирались проложить дорогу для грузовиков, но дальше дело не пошло. Я заметил переходящего через дорогу Джейка Пиннета. В каждой руке он держал по ружью. Он встретился с Энди Криссом, и они направились к одной из скамеек, стоявших там, где сейчас военный мемориал, ну ты знаешь, где Канал уходит под землю.

Пети Ваннесс и Эл Нелл с Джимми Гордоном сидели на ступеньках здания суда, ели из пакетов сандвичи и фрукты, болтали о всякой ерунде и вообще были похожи на мальчишек на школьном дворе. Все они были вооружены. У Джимми Гордона была с собой винтовка «Спрингфилд», оставшаяся еще с первой мировой войны. Она казалась больше самого Джимми.

Повсюду были мужчины с ружьями; они стояли в дверях, сидели на ступеньках, выглядывали из окон. Грег Коул сидел у дороги с пистолетом 45-го калибра и двумя дюжинами патронов, выложенными в ряд как игрушечные солдатики. Брюс Ягермейер и тот швед, Олаф Терамениус, стояли в тени под шатром кинотеатра «Бижу».