Читаем Он бы не успел полностью

Впереди показался мост, – мощный вал железнодорожной насыпи прорезала широкая арка. Это была основная дорога, по которой от метро обычно текли потоки покупателей на рынок и болельщиков на матч. Забор резко поворачивал влево, и на самом углу были смонтированы неширокие ворота – вход на Ярмарку, самый дальний от центральных ворот, зато самый удобный для тех, кто идет от «Спортивной».

– Интересно, лестницу не сперли? – с плохо скрываемой надеждой в голосе произнес Антон.

Они свернули с асфальтовой дорожки, которая уходила дальше к арке моста, и теперь шли среди деревьев, почти по щиколотки погружаясь в слой листвы. Лестница оказалась на месте, – присыпанная для маскировки листьями и приваленная комьями земли она лежала у самого забора. Ограда здесь была невысокой, но состояла только из вертикальных прутьев, поэтому вскарабкаться на нее самостоятельно было практически невозможно. Андрей снял с плеч небольшой, но увесистый рюкзак, протянул Антону.

– Держи. Сверху подашь.

Он первым залез на забор, наверху вполголоса чертыхнулся, запутавшись в неудобном китайском дождевике, мягко спрыгнул вниз, принял у Тохи рюкзак, потом помог опустить и установить лестницу на внутренней стороне. Когда Тоха оказался рядом, Андрей, машинально перейдя на шепот, скомандовал:

– Так, теперь все – только бегом.

Двадцать четвертый павильон слепо уставился на них черными окнами складского помещения, над дверями тлела красная лампочка охранной сигнализации. Они быстро достали из рюкзака две стеклянные бутылки с бензином, плотно обмотанные бумагой, чтобы не разбились по дороге, и небольшой булыжник с кусками прилипшей грязи.

– Сначала запалим. Прикрой.

Они склонились друг к другу, заслоняя бутылки от дождя, содрали с них бумагу, один за другим зажгли оба фитиля. Тоха остался стоять с бутылками в руках, а Андрей схватил булыжник и, широко размахнувшись, швырнул его в ближайшее окно. Толстое стекло лопнуло с протяжным звоном и обрушилось вниз несколькими большими пластами, которые, упав на асфальт, рассыпались мелкими осколками. Сигнализация зашлась короткими тревожными звонками.

– Давай!

Две бутылки с горящими фитилями в горлышках, оставляя за собой едва заметные дымные шлейфы, влетели в пустой оконный проем почти одновременно. Какое-то мгновение ничего не происходило, и у Андрея даже успела мелькнуть мысль: «Не загорелось? Не вышло?», принесшая почему-то не досаду, а мимолетное облегчение. Но внутри павильона вдруг полыхнуло алым, высветило аккуратные ряды картонных коробок с техникой, поднимающиеся к самому потолку, и через секунду над нижним краем окна уже заплясали первые языки пламени.

– Все, сваливаем отсюда, – уже не шепотом, а в полный голос скомандовал Андрей, поворачиваясь в сторону забора и накидывая рюкзак.

– Серега, вон они!

Крик, в котором неприкрытая злоба мешалась с нешуточным азартом, достиг ушей Андрея, но потрясенное сознание, скованное обморочным испугом, отреагировало с секундным запозданием. Он замешкался, все еще пытаясь надеть рюкзак, растерянно оглянулся. От дальнего угла павильона ударил пляшущий луч фонаря.

– Тоха, бежим!

Он бросился к забору, скинув рюкзак и разрывая на ходу тонкую пленку дождевика, чтобы не сковывал движений. Антон, который, вероятно, тоже потерял от растерянности несколько драгоценных секунд, тяжело топал сзади, отставая на несколько шагов. Тот же азартный голос крикнул:

– Серый, у них лестница там! Отсекай первого! От забора отсекай!

Охранников было двое, – Андрей даже не услышал, а почувствовал это обостренным чутьем загнанного зверя. Один гнался прямо за ним с Тохой, второй набегал откуда-то справа, он мчался вдоль забора, пытаясь отрезать беглецов от спасительной лестницы. В голове билась только одна паническая мысль: «Почему так быстро? Они не должны были, не могли так быстро…».

Сходу подпрыгнув, Андрей оперся ногой сразу на третью перекладину – тонкая дюралевая конструкция жалобно скрипнула под его весом – и, судорожно перебирая руками, рванулся вверх, уже видя боковым зрением набегавшего справа охранника. Оказавшись наверху, он вдруг понял, что поможет ему выиграть у судьбы еще несколько секунд и неизбежно заставит преследователей замешкаться. Андрей забросил на забор одну ногу и, перед тем, как мощным рывком перекинуть на другую сторону все тело, второй ногой с силой оттолкнул лестницу от себя. Он ожидал, что лестница отлетит легко, но она отвалилась от забора, словно нехотя – медленно и тяжело. Она падала вместе с Тохой, который уже успел в нее вцепиться.