Читаем Олигарх и амазонка полностью

Олимпия напряженно ждала, что последует дальше. Вообще церемония приветствия не так проста, как это кажется представителям низшего сословия. Уж если ей выпала великая честь вращаться в высших кругах, то нужно держаться в образе и не зевать... Она могла бы подать руку для поцелуя. Но настроен ли Алтынов на ответный жест? Он, конечно, не ударит в грязь лицом, откликнется на ее посыл. Но при этом он может подумать о ней черт знает что. Олимпия не хотела, чтобы о ней плохо думали. Поэтому руку она подала лишь после того, как уловила в движениях Алтынова нацеленность на галантный поцелуй... Все вышло красиво и естественно. Две самые важные составляющие в общении двух знающих себе цену людей. А она знала себе цену, поэтому и должна была уверенно держать марку.

Журналисты считали Алтынова неисправимым бабником. Случай с матерью Вадима был наглядным тому подтверждением. Но при этом Иван Александрович умел держать себя в рамках приличия. Олимпии показалось, что он был совсем не прочь облобызать ее в щеку или даже в губы. Но он не стал этого делать. Зато вежливо подставил ей локоток, чтобы она взяла его под руку. Что она и сделала. Милые безобидные отношения между будущим свекром и будущей невесткой.

– Прошу! – свободной рукой он указал на террасу под пышными лозами дикого винограда.

Там стоял столик в окружении стильных и очень удобных кресел. Отсюда открывался чудесный вид на парк с витиеватыми аллеями и помпезными фонтанами. Олимпия могла поклясться, что эта терраса была одним из излюбленных мест Ивана Александровича в редкие часы отдыха.

Алтынов показал Вадиму на кресло, которое он мог бы занять, Олимпии же помог сесть. Сам удобно устроился на своем месте. Стоило ему только щелкнуть пальцами, как появилась девушка в накрахмаленном переднике и с подносом в руках. Симпатичная девушка, если не сказать красивая. Уж не развлекается ли с ней Алтынов, как в прежние времена помещики развлекались со своими крепостными?.. Олимпия мысленно попеняла себе. Не должна она задаваться такими вопросами. Но ведь они сами лезут в голову.

Красотка молча поставила на стол огромную вазу со свежими фруктами, три запотевшие бутылочки «Перрье», чистые без единого пятнышка бокалы. И удалилась, едва заметно покачивая бедрами... Ей бы фотомоделью на подиуме, а она служанкой в барском доме. И, похоже, это ее вполне устраивает... Да, скорее всего так оно и есть. Иван Александрович – величина, олигарх если не федерального, то уж точно регионального уровня. Он настолько большой человек, что прислуживать ему великая честь... Но куда более почетна роль его законной супруги. Это если не предел мечтаний каждой женщины, но уж точно близко к тому... От этих мыслей у Олимпии пересохло в горле. Она не стала тянуться к бутылке с минеральной водой, лишь обозначила движение, и Алтынов моментально среагировал. Сам скрутил пробку с бутылки, сам налил в бокал воды. Вадим же даже не шелохнулся... Его можно понять. Он чувствует себя не в своей тарелке. Но все равно Олимпия записала «минус» на его счет, в то время как Иван Александрович заработал дополнительный «плюс».

Но сам Алтынов не стремился к тому, чтобы ставить своему сыну плохие отметки.

– Извини, Вадим, что так долго прятался от тебя, – натянуто, но с искренним чувством вины улыбнулся он. – Как появился тогда в больнице, так и пропал...

– Разве это долго? – усмехнулся Вадим. – Какой-то месяц... А вот те восемнадцать лет, что вы прятались от меня...

Зато он сам, казалось, стремился к тому, чтобы прослыть «двоечником» в глазах отца. Олимпия готова была убить его за это.

– Я не прятался, – не согласился Иван Александрович.

Он смотрел на него как на библейского блудного сына. Хотя фактически сам был блудным отцом. Но Вадим не смел судить его за это. Во всяком случае Олимпия так считала...

– Я просто не знал о твоем существовании... Да, был у меня роман с твоей матерью, был. Но я же не знал, чем он закончился... У тебя и у самого был роман... э-э, с Анжелой...

– Вы откуда знаете? – удивился Вадим.

– Если задаться целью, то можно узнать все о любом человеке, – снисходительно улыбнулся Алтынов. – А я задался целью после нашей первой встречи... Помнишь нашу первую с тобой встречу?.. Я еще тогда понял, что ты с характером паренек... Моя кровь... Так вот, ты, наверное, даже не знаешь, что твоя Анжела...

Иван Александрович запнулся. Налил себе в бокал воды, сделал несколько глотков.

– Ты уверен, сынок, что после этого романа у твоей Анжелы не будет ребенка? – достаточно жестко спросил он.

– А-а... Мы... – растерянно пробормотал Вадим. – Не знаю... А что, вам что-то известно?

– Что мне может быть известно? – Алтынов сделал удивленные глаза. – Я не пророк, чтобы все знать... И ты не пророк, чтобы судить меня...

– Я вас не сужу... – еще больше растерялся Вадим. – Просто...

Он не нашел, что сказать, и замолчал. Возникла более чем неловкая пауза. Но Олимпия была начеку. Она знала, как перевести разговор в иное русло.

– Иван Александрович, я слышала, вы держите лошадей? – наигранно-восхищенно спросила она.