Читаем Олигарх полностью

Я откинулся на спину, – ты… не понимаешь, что это унизительно? Для меня, для мужчины… подожди три минуты,…и я буду готов… без всяких уколов…

–Я в тебе не сомневаюсь, ты в прекрасной форме, просто… ну почему бы не попробовать? Он сказал, что укол не отпускает несколько часов, – её глаза возбуждённо заблестели, – представляешь?

– Представляю. У меня такое было, в молодости. Я так старался, что у меня кожа с члена слезла… Это перед первой моей свадьбой было… Нам в загс надо ехать, а я по дому хожу с членом, засунутым в банку с марганцовкой…Лесик… идиот… снял это на камеру…тайком… и вставил, потом в свадебное видео… Это я ему тогда передние зубы выбил…

– Очень интересно…. ну, что, я уколю?

– Я вообще – то к уколам не очень хорошо отношусь, и потом… я не знаю этого твоего… таинственного друга из порнухи… мало ли чего он в шприц накачал? Сейчас уколешь меня, и мой упругий дружок (я показал пальцем на безжизненно обвисший член) превратится в вяленький цветочек…

– Хуже уже не будет… в смысле… хватит кочевряжиться!

На секунду, на одну маленькую секундочку, я засомневался, а потом… выпитое спиртное, ощущение вальяжности и расслабленности, желание удивить молодую, полную сил женщину своей молодецкой удалью… короче, я махнул рукой, – коли!

Несмотря на свою браваду, я испуганно ойкнул, ощутив, как стальная игла входит в самое нежное место на теле. Шкура уколола меня, и похотливо облизывала губы, не находя себе места от нетерпения. Поначалу, я не почувствовал ничего. Затем, где – то глубоко внутри заработал невидимый мотор, мои нервы будто накручивали на огромный, невидимый барабан, не прошло и нескольких минут, как я воспрял… Мне казалось, что я весь превратился в огромный, напряжённый член, и целью всей моей жизни является необходимость сбросить это чудовищное напряжение. Я тихо засмеялся, и схватил девку за правую грудь, – ну, маленькая красная дырка, сейчас я буду тебя рвать… ты пожалеешь, что вколола мне это дерьмо!

Телефон, лежащий на тумбочке, гулко завибрировал. Девка предостерегающе схватила меня за руку, – не отвечай, потом, давай сначала…

Я отбросил её руку, – не боись, я сегодня так писю помачалю, что мало тебе не покажется!

Я встал с кровати, с удовлетворением отметив, что в зеркале я выгляжу неплохо: подтянутый живот, мускулистые руки, выпуклые грудные, и (самое главное!) внушительный, увеличившийся в размерах, гордо реющий (как мне тогда казалось) член!

– Алло?

– Борис Петрович! Беда! Тут какой – то урод вашу машину зацепил! Он выезжал, а…

– Кто это?

– Это Юрик, охранник со стоянки…здесь эта…

– Юрик мне сейчас не до этого, я завтра разберусь…

– Да здесь гибддшник, вас требует…

– Да не приду я сейчас, денег дай ему…

В трубке послышался незнакомый, строгий голос, – гражданин Борзенков? Немедленно спуститесь на стоянку! Срочно! В вашем автомобиле обнаружены наркотики, и оружие…

– Что? Ты… ты чего несёшь? Какие наркотики? Ка… какое оружие? Ты… если это шутка,…то ты у меня своими яйцами поужинаешь! Вы… там чего… охренели все, что ли?

Одним прыжком я преодолел расстояние между мной, и сейфом, в котором я хранил немного денег для разрешения похожих ситуаций. Не обращая внимания на заинтересованный взгляд лежащей на кровати женщины, я набрал комбинацию цифр, схватил пачку двадцаток (никогда не задумывался о том – а сколько долларов в пачке?), накинул коротенький шёлковый халат, украшенный изображениями немецкой канцлерины, делающей минет Бараку Обаме (купил по случаю в одном гамбургском магазинчике) и побежал к двери.

– Э! Э! Куда? А как же я?

Я остановился, и с тоской посмотрел на такое манящее, соблазнительное женское тело, а затем на свою вздыбленную плоть.

– Начинай без меня, я быстро сбегаю, и приду, закончу… начатое.

Не обращая внимания на протестующие вопли обнажённой самки, я выбежал в коридор, и несколько раз ткнул в кнопку вызова лифта. Ну, где же он? Что за напасть?

Мелодичный сигнал известил меня о том, что лифт прибыл. Я ворвался внутрь, и наткнулся на Викторию Трофимовну. Виктория Трофимовна – старушка божий одуванчик. Небольшого росточка, всегда неестественно прямо держит спину, поблёскивает глазками стального цвета из – под нависающих седых бровок, и радует глаз нежно – фиолетовым цветом своих волос.

– Здравствуйте, Виктория Трофимовна!

Старушка молчала, напряжённо глядя прямо перед собой. Под ногами у неё путался очаровательный белый шпиц. Я вытянул к нему правую руку, – Тошка! Привет!